– Какого чёрта ты сюда полезла! – сквозь зубы, процедил он. – Ты понимаешь, что спутала всё заклинание! – он сжал кулак. – Теперь мы вынуждены блуждать по разуму этой чокнутой и искать нужную дверь!
– Питер, это ничего не даст, отпусти её, – попросил Батлер, проводя по стенам. – У нас есть более важные дела, чем она, потом разбёрешься.
Поняв, что король страха прав, Питер отпустил Джонс, ставя её на землю, после чего огляделся вокруг, читая имена на дверях.
– Пидантичная гадина, – усмехнулся он. – Все по полочкам.
– Иди за нами и не отставай, – строго сказал Батлер, смотря на Валери, которая послушно кивнула.
Пока Питер и Лео шли впереди неё по бордовым коридорам, Джонс оглядывалась, читая на каждой двери имена и названия. Насколько она знала, Кэролайн Хейз являлась таким персонажем мифологии, как Адская Гончая, которая было кем-то вроде охотника за головами и находила магических существ, где и когда угодно, её существование облегчало жизнь многим мирам, но усложняла её путешественникам между миров. Ведь она и её собаки всегда находили того, кого было нужно и крайне редко они нужны были живыми, поэтому чаще всего в анкете на поиск была указана следующая фраза «Разыскивается живым или мёртвым», что уж точно было не на руку тем, кого ищут, ведь, оставаться в живых куда лучше, чем пылится в каком-то мешке до места назначения, но, мы ушли от темы.
Пока девушка, которая впервые находилась в чьём-то разуме, пыталась уловить какую-либо информацию, впереди идущих Лео не мог понять, что пошло не так, да и не в том смысле, как они оказались в начале воспоминаний, а как девушка смогла войти сюда? Ведь, главный закон разума тех, кто состоит в столетнем солнцестоянии заключается в том, что победить их может лишь кто-то из тех, кто состоит в их числе, точно также и с разумом, по разуму могут гулять лишь члены этого сообщества. Как она могла сюда попасть? Ни у кого из них отродясь не было детей или родственников, так что это сразу отпадает…а что если, что если кто-то из сообщества отдал эту силу, подарил её кому-то, но опять же, этот «кто-то» должен обладать большой силой, чтобы суметь совладать, а девчушка явно на это не тянет, да и её отец не сошёл бы за аристократа, что там до мага с подобной силой.
Может быть именно это и узнала Кэролайн? Может быть именно поэтому она так испугалась? Может её страх состоял в том, что кто-то узнает о том, что она отдала свою возможность? Но она даже не выходит из своего королевства, лишь по крайней необходимости! Валери Джонс явно была далеко не той, кем казалась с самого начала и это лишь подогревало интерес Батлера, как и Питера, который прекрасно слышал раздумия друг на эту, далеко не с потолка свалившуюся, тему. Оба косились в сторону Валери, которая старалась разглядеть каждую дверь, каждое имя, пыталась запомнить всё, свои чувства, эмоции, ведь не часто ты можешь побывать в чужом разуме, ой, как ни часто.
Неизвестно, сколько они уже бродили по этим нескончаемым коридорам, но Валери уже значительно отстала от юношей и спокойно шла по коридору, наблюдая за дверьми. Но вдруг её взгляд упал на одну из дверей, а именно на надпись на ней. Зелёными буквами было написано имя «Питер Тернер», девушка посмотрела за угол, за которым скрылись Лео и Питер, после чего поджала губы, хватаясь за ручку и тут толкнула дверь внутрь, проходя туда. Сейчас она была в какой-то неизвестной комнате, где было несколько экраном, которые весели в воздухе, словно двери. На одном была сцена мучения Кэролайн в Сивэлле, на других то, как она попивала бурбон, смотря на Питера, на остальных было что-то и вовсе непонятное, далёкое прошлое, в которое Джонс точно не хотела соваться. Но, всё же, одно окно смогло её заинтересовать, поцелуй Кэролайн и Тернера был словно удар тока.
Она тут же шагнула в экран, появляясь в том самом доме Питера, где была некоторое время назад. Вдруг дверь открылась и туда вошёл Питер, который явно был чем-то доволен, ведь на его лице играла привычная ухмылка, сравнимая лишь с улыбкой дьявола, который жил в вечном мальчике. Он прошёл около неё, даже не замечая, что было обосновано, ведь она находилась в воспоминаниях. Вдруг, на кресле она увидела Хейз, которая попивала свой любимый бурбон и смотрела прямо на короля, который что-то делала с картами.