Мальчик задумался, обводя взглядом лагерь.
– А если он попросит меня убить кого-то? – вопросительно выгнул бровь он.
– Убивай. Если этот человек будет нужен ему – он спасёт его, если нет – он умрёт при любом раскладе, – пожала плечами девушка. – Запомни три вещи: не показывай свой страх, будь верен Тернеру, играй по его правилам – это даст тебе выжить.
Возможно, это было спасло и её, но нет, слишком много чести для него, это не в её стиле и духе. Лишь сейчас она понимала одну из причин почему всё ещё жива – она не была сломана им, Питеру жизненно необходимо уничтожать в людях всю верю, заставлять их верить лишь в себя и никого другого, а любой, кто не может сломаться под его гнётом – это новая игра, новый человек, чьими мучениями он может насладится, чьи слёзы будут для него радостью, а мучения и страдания самым что ни на есть счастьем. Именно сейчас это было понятно, весь азарт Питера с самого его появления в Хьюстоне был основан на этой девушке, которая вела себя нагло, высокомерно, зная и продолжая набивать себе цену. Он был счастлив уничтожать её, убивать морально, но…не тут-то было.
Когда он уже думал, что девушка была сломана и раздавлена….она сделала то, что привело его в шок, она не сдалась, она просто забыла о своих сложностях и начала делать всё заново, так и тут, в Сивэлле . Он отобрал её семью, ждал, что она будет страдать, но и тут она начала жить, продолжать своё существование, искать новые радости этой жизни. Он ломал её и думал, что уже всё кончено, но она вновь продолжала жить, начинать всё заново, не останавливаться и не сдаваться. Она была воином, которых воспитывал Питер, она готова была сражаться за то, во что верит и делала это. Только, вот не задача, она верила далеко не в Питера или Сивэллу…она верила в себя, в то, что она способна пережить всё! И она на самом деле была способна, какой бы она не казалась слабой и хрупкой – она была готова бороться.
Здесь это всё давал потерянным Питер, воспитывал это в них, так как считал это лучшим оружием для война…но, чтобы сделать человека другим, нужно стереть то, чем он был до этого, чтобы, словно на новом полотне, нарисовать то, что нужно было тебе. Именно это он и делал, сначала ломал, а потом делал из них, что-то стоящее, словно лепил из глины. Но тут в его опыте появилась та, которая уже имела все эти качества, но….именно поэтому её было практически невозможно. Почему «практически», потому что не бывает людей, которых нельзя сломать, сломать можно абсолютно любого, нужно знать лишь как это сделать, к несчастью для Питера он и понятия не имел, как можно сломать Валери, он пытался забрать семью, друзей, власть, свободу! Но всё было без толку! Она вновь и вновь, раз за разом, делала одно и тоже, она начинала всё заново, она не пыталась сдаться! Не пыталась!
Вдруг все засуетились, девушка обернулась, Питер стоял облокотившись о дерево, а Дилан, чьего ухода она не заметила, сидел в дальнем углу, сложив руки на груди и наблюдая за всеми.
– Новенькие сюда, – устало сказал Тернер, показывая на дерево.
Шестеро мальчишек от 10 до 13 лет стояли около большого дуба, в числе них был и Дилан, который, по совету Джонс, вёл себя сдержанно и пристально смотрел на короля, когда другие даже взгляд поднять боялись, двоя буквально тряслись, а остальные старались держаться, но взгляда не поднимали. Питер прошёл мимо ник, смотря на каждого, а в конце остановился, смотря на Лонга, который так и не опустил глаз, он просто стоял и смотрел.
– У вас будут три испытания. Первое – бой на мечах, второе стрельба из лука, а третья, кто до него доживёт, будет для каждого отдельно, – завершил Питер, вставая около своего места.
К концу первой игры осталось четыре человека в числе которых был Дилан, а остальные двоя сидели около костра, под пристальным взглядом Грега и других пропащих. Во время стрельбы оставшиеся практически все попадали лишь в само дерево, лишь Лонг, после науськиваний Валери, попал в мишень, не в середину, но, хотя бы в саму мишень. В итоге, к третьему раунду осталось лишь два человека Дилан и ещё один блондин, который был больше Лонга раза в два, что пугало мальчика, но подавать виду было нельзя.
– Ты, – Питер указал на Лонга. – Бери лук.
Дилан послушно взял его и тут же встал, подходя к королю, который рыскал взглядом по лагерю, в поисках чего-то.
– Стреляй в неё, – Тернер с ухмылкой на лице показал в сторону Джонс.
Девушка опешила, но стиснув зубы посмотрела на мальчику, скрестив руки на груди, после чего, когда Питер повернулся в сторону пропащих, незаметно кивнула, сделав серьёзное выражение лица. Питер же, стоял, ухмыляясь в ожидании действий мальчика, тот вытащил стрелу из колчана и тут же натянул её на луке. Все затаили дыхания, как те, кто сидел у костра, так и все остальные, даже Питер, который стоял, смотря на мальчика, также Валери, которая ждала своей смерти. Спуск и все, кроме Дилана зажмурили глаза, он взглянул на Валери, которая тяжело дыша смотрела на стрелу, которая остановилась в паре сантиметров от её груди, и которая находилась в руках Тернера. Питер же, бросил её на землю и подошёл к остальным.