– Иви, – тихий голосов послышался из-за одного дерева, откуда позже появилась женская голова.
Женщина, которая стояла перед девушкой, была примерно тридцати лет, но она выглядела достаточно молодо и смело могла сойти за старшую сестру той блондинки, которая была в лагере у Питера. Но Светлана…она выглядела иначе, глаза её были будто потухшие огоньки в ночи, волосы приобрели цвет мела, а кожа была бледной, словно она никогда в жизни не была на солнце. Шлейф голубого платья волочился по земле, когда та подходила ближе к Валери.
– Кто ты такая? – тут же спросила королева, прищурившись. – Что у тебя делает кулон? – более настойчиво спросила она. – Где мои дети! – буквально крикнула она.
Эхо от её голоса разлетелось буквально по всей Сивэлле, а птицы, которые летали достаточно далеко тут же заверещали, летя ближе к лагерю пропащих. Долго не думая, Светлана наколдовала острые сосульки направляя их на Валери, когда же они полетели на неё, та лишь взмахом руки смогла направить их в дерево. Светлана замешкалась, тут же идя к девушке, на что та откинула её к дереву.
– Чёртова девчонка, – сквозь зубы процедила блондинка.
– Всё хуже, чем ты себе представляешь, – вскинула брови Джонс.
Она подняла Светлану в воздух, стараясь не потерять контроль над силой. Королева Рашида тут же взглянула на неё, испугавшись. Вдруг блондинка упала на землю, тут же встав, она взглянула на шатенку, которая отшагнула назад, думая, как справится с королевой.
– Я знала лишь одну семью, которая обладала такой силой и бесцветной магией, – отшагнула назад. – И последний её потомок был убит Николь Свон.
В голове Валери тут же начала зарождаться план, который она могла исполнить и без магии, что было ей на руку. Джонс тут же склонила голову на бок, лицо её расплылось в коварной улыбке, а рука засветилась чёрным цветом.
– Как думаешь, что сделает с твоими детьми потомок настолько кровожадной ведьмы? – невинно спросила шатенка.
– Только не Иви и Калеб, прошу, только не они, – тут же начала молить женщина, буквально подползая на коленях к ней.
– Давай совершим обмен? – предложила Джонс. – Ты отдаёшь мне вещь, которую забрала у Питера, а я возвращаю тебе твоих детей.
Светлана ни секунды не мешкала, она тут же провела рукой по своей ладони, где тут же появился неизвестный ранее камень. Она протянула его шатенка, которая сразу же взяла его в руки, положив камень в карман, Валери сняла с себя кулон, отдавая его королеве.
– Убирайся отсюда и сделай Сивэллу такой, каковой она была раньше, – строго сказала Валери.
Спустя секунду королева пропала, а вместе с этим королевство приобрело свой нормальный вид. Девушка уже было хотела уйти, но вдруг услышала сзади себя тихие аплодисменты, она тут же оглянулась на источник звука. Перед ней, облокотившись о дерево, улыбаясь довольной улыбкой и скрестив руки на груди, стоял Питер.
– Мы не настолько и разные, – усмехнулся он, подходя ближе. – Давай сюда камень.
– Сначала пообещай мне, что отпустишь её детей, – тут же сказала Джонс.
– Ты осмеливаешься ставить мне условия? – рассмеялся он.
– Да, осмеливаюсь, обещай это мне, иначе я сейчас уничтожу этот камень, – она показала в руке предмет спора.
Через секунду камень уже оказался в руке у Питера, а девушка понимала свою оплошность.
– Что теперь? – ухмыльнулся он, подходя ближе. – Как теперь попытаешься отвоевать их жизни и свободу?
– Что ты за это хочешь? – скрестив руки на груди, спросила Валери.
– А что ты можешь мне предложить, – подходя к ней вплотную, спросил Питер. – Чтобы я тебе не предложила, ты всё равно потребуешь что-то ещё. У тебя всё с оговорками, – покачала головой она.
– Почему ты мне не пожаловалась? – вдруг спросил он, а улыбка тут же покинула его лицо.
– На что?
– Не прикидывайся дурочкой, почему ты не прибежала ко мне в слезах? – он кивнул на её локоть.
– Потому что мне не нужна твоя помощь, – с этими словами она покинула поляну.
глава 23 мы не всегда те, кем кажемся
В коридоре было, как всегда, шумно, подростки, дети, учителя, все шныряли туда сюда, кто-то разговаривал, кто-то списывал домашнее задание, кто-то смеялся и вспоминал события прошедшего вечера. В одном из кабинетом стояла же гробовая тишина, лишь тиканье часов прерывало её, действую на нервы обоим присутствующим, но ни один не подавал виду. Бекка, скрестив руки на груди, смотрела на школьного психолога, к которому её отправили по настоянию учителей. Он же лишь листал страницы книги, которую уже давно не читал, а лишь пытался почувствовать то, что так любил, но в комнате не витал привычный аромат страха, что там до обычного, даже психосоматического не было и в помине.