— Quod erat, — сказал Травелер.
— А хуже всего то, что мы еще как следует и не начинали.
— Как это? — сказала Талита, откидывая волосы назад, чтобы посмотреть, достаточно ли Травелер подтолкнул шляпу.
— Не нервничай, — посоветовал Травелер. — Спокойно повернись, протяни руку, вот так. Подожди, я еще немножко подвину… Ну, что я говорил? Порядок.
Талита достала шляпу и одним движением нахлобучила ее на голову. Внизу собралось несколько мальчишек и подошла какая-то сеньора, которая разговаривала со служанкой, — все смотрели наверх.
— Все, бросаю пакет Оливейре, и на этом закончим, — сказала Талита, которая в шляпе почувствовала себя несколько уверенней. — Крепче держите доски, это не так уж трудно.
— Будешь бросать? — сказал Оливейра. — Спорим, не попадешь.
— Пусть попробует, — сказал Травелер. — Но если пакет упадет на улицу, как бы не попасть по башке этой старой корове де Гутуссо.
— Ах, так, значит, она тебе тоже не по нутру, — сказал Оливейра. — Очень рад, поскольку не могу ее выносить. А ты, Талита?
— Я бы предпочла бросить пакет, — сказала Талита.
— Сейчас-сейчас, по-моему, ты слишком торопишься.
— Оливейра прав, — сказал Травелер. — Жаль будет, если ты все испортишь под самый конец после стольких усилий.
— Потому что мне жарко, — сказала Талита. — Я хочу домой, Ману.
— Ты не так уж далеко от дома, чтобы жаловаться. Можно подумать, ты пишешь мне письма из Мату-Гросу.
— Это из-за травы весь разговор, — сказал Оливейра Хекрептен.
— Долго вы еще будете в игрушки играть? — спросила Хекрептен.
— Никак нет, — сказал Оливейра.
— А-а, — сказала Хекрептен. — Тем лучше.
Талита вынула пакетик из кармана халата и замахнулась. Мостик под ней задрожал, и Травелер с Оливейрой вцепились в него что было сил. Талита перестала прицеливаться и стала одной рукой описывать круги, другой продолжая держаться за доску.
— Не делай глупостей, — сказал Оливейра. — Успокойся. Ты слышишь меня? Спокойнее!
— Держи! — крикнула Талита.
— Осторожно, ты упадешь!
— Без разницы! — крикнула Талита, бросая пакет, он со всего размаху влетел в комнату, ударился о шкаф, и его содержимое рассыпалось по полу.
— Здорово, — сказал Травелер, который смотрел на Талиту так, будто хотел удержать ее на мостике силой своего взгяда. — Замечательно, дорогая. Более того, невероятно. Вот тебе и demonstrandum.
Тем временем доски перестали дрожать. Талита ухватилась за них обеими руками и наклонила голову. Оливейре видна была только шляпа и волосы Талиты, рассыпавшиеся по плечам. Он поднял взгляд и посмотрел на Травелера.
— Ты так считаешь, — сказал он. — Я тоже думаю, что это, более того, невероятно.
«Наконец-то, — подумала Талита, глядя на плитки мостовой, на тротуар. — Что угодно, лишь бы не сидеть тут, между двумя окнами».
— У тебя два пути, — сказал Травелер. — Двигаться вперед, что легче, и влезть в окно Оливейры или двигаться назад, что труднее, зато не надо будет таскаться по лестницам и переходить улицу.
— Пусть перебирается сюда, бедняжка, — сказала Хекрептен. — У нее все лицо в поту.
— Сборище малых детей и безумцев, — сказал Оливейра.
— Дай передохнуть немного, — сказала Талита. — У меня, по-моему, голова кружится.
Оливейра перегнулся через подоконник и протянул ей руку. Талите нужно было продвинуться всего на полметра, чтобы достать до его руки.
— Настоящий рыцарь. — сказал Травелер. — Сразу видно, читал правила хорошего тона профессора Майданы. Можно сказать, граф. Не упусти, Талита.
— Это все от мороза, — сказал Оливейра. — Отдохни немного, Талита, и пройди достойно остаток пути. А на него не обращай внимания, известное дело, закопавшись в снегу, начинают бредить, перед тем как уснуть вечным сном.
Но Талита медленно выпрямилась и, опираясь на руки, передвинулась сантиметров на двадцать назад. Еще раз так же, и еще на двадцать сантиметров назад. Оливейра так и стоял, вытянув руку вперед, словно пассажир корабля, который отплывает от пристани.
Травелер протянул руки и подхватил Талиту под мышки. Она замерла на минуту, потом откинула голову, да так резко, что шляпа плавно опустилась на мостовую.
— Прямо как на корриде, — сказал Оливейра. — Может, эта самая де Гутуссо нам шляпу и принесет.
Талита повисла на руках Травелера, который оторвал ее от доски и втащил через окно в комнату. Она почувствовала губы Травелера у себя на затылке, его горячее и частое дыхание.