"Это всё не по-настоящему… не по-настоящему".
Казалось, мы простояли так целый год, под звуки ветра и медленно утихающие рыдания Лилит. А когда она начала понемногу справляться со своей скорбью, и её крики перешли в мёртвую тишину.
Роб первый сделал попытку подступиться к ней:
Роб: Я... Я мог бы отвезти тебя домой, если ты хо...
Лилит: Нет... Нет.
Лилит утёрла слёзы с глаз, хоть они и продолжали струиться по её щекам. Когда она повернулась, её лицо горело яростью.
Лилит: Нет. Я еду. Я еду до конца.
Роб: Только знай, что я без понятия, когда будет этот конец.
Лилит поднялась на ноги и посмотрела сперва на Роба, потом — на Бонни и Клайда.
Лилит: Вы как? Едете? У вас есть свободное место?
Брат и сестра переглянулись. Бонни кивнула.
Клайд: Можешь ехать с нами, если хочешь.
Лилит: Дверь не заперта?
Клайд: Э-эм, нет.
Лилит: Тогда какого хуя мы всё ещё здесь торчим?
Лилит уверенно прошла к Форду Клайда и села на заднее сиденье. Всем своим видом выказывая нетерпение, она ожидала нас.
Роб: Может, кто-нибудь хочет повернуть назад?
Роб смотрел на меня и на Блюджей. Блюджей ответила ему взглядом, полным презрения, и пошагала к своей машине.
Роб: Бристоль?
Рэндж-Ровер окончательно затонул. Дорога вернулась к своему прежнему твёрдому состоянию. Вряд ли Роб ещё предложит отвезти меня домой, и каждой клеточкой тела я чувствовала, что следует принять это предложение сейчас, пока не поздно. Но слишком много вопросов ещё оставалось без ответа, впереди было слишком много неразгаданных тайн, вплетённых в полотно нашего пути. Поверни я сейчас — это было бы не возвращение, но позорное бегство.
АШ: Я еду.
Через пару минут три оставшиеся машины покатили по грязному отвороту в поле. Оставляя позади ещё одну непостижимую, чудовищную ошибку. Часть меня не могла поверить, что я всё ещё еду по этой дороге, но ещё большая часть была поражена тем, что назад не повернул никто.
Когда Роб взял следующий поворот, и ещё один за ним, я вдруг поняла, что у всех нас есть на то свои причины. Я стала одержимой поиском истины, и то же — по-своему — было с Блюджей. Бонни толкали вперёд её собственные мотивы, загадочные и тревожные, а Клайд не собирался бросать её одну. Лилит решила направить свою тлеющую злобу и скорбь на саму дорогу и теперь собиралась искать избавления там, где она кончится. А Роб? Для него с самого начала существовал только один вариант.
И всё же, думая обо всех горестях, свалившихся на нас, и о неописуемо страшной участи, которая могла ждать нас всех впереди, я сознавала, что никто не решился бы продолжить этот путь, будучи в здравом уме.
Но, возможно, никто и не был.
Всем привет.
Хочу извиниться, что так давно ничего не выкладывал — был очень занят разбором сведений о пропавших в США.
Не буду лишний раз распинаться. Новый отрывок записей ниже. Как обычно, если располагаете хоть какой-нибудь информацией, пишите мне.
И спасибо большое за вашу помощь. Она очень много для меня значит.
Раньше молчание было пределом тишины.
Я буду по этому скучать.
Казалось бы, в реальном мире молчание — это абсолют. Когда группа людей не произносит ни слова, тише она по определению быть не может. Возможно, дело в дороге, а может, это я просто раньше с подобным не сталкивалась, — но сейчас я понимаю, что нет предела беззвучию. С гибелью Евы и Аполлона оно стало по-настоящему оглушительным. Воцарилось гробовое молчание, сложенное из кирпичиков коллективной травмы и намертво скреплённое смесью из гнетущей скорби, чувства вины и неуверенности в собственных силах. Очень быстро стало очевидно, что эта тишина сильнее всех нас. И ещё долго никто не решался её нарушить.
Следующие несколько часов мы ехали сквозь совершенно однообразный коридор из стеблей кукурузы. Они возвышались над Вранглером, оставляя видимой лишь узкую полоску неба сверху, голубеющую подобно расписному потолку капеллы. Я периодически поглядывала на рацию. Какая-то часть меня искренне надеялась, что вот-вот из динамика раздастся голос Аполлона и скажет что-нибудь воодушевляющее. В тот момент это было бы очень кстати.
Взглянув на рацию в пятый раз, я решила, что лучше будет заняться работой. Я подключила к ноутбуку наушники, открыла папку с аудиозаписями, которые у меня скопились, и приступила к первичной склейке материала с нашего первого дня на дороге.