Всем привет.
Извиняюсь за удаление этой записи секунду назад, не знаю, как так вышло. Также хотелось бы извиниться за все эти задержки в последнее время. Если бы я мог посвятить всё своё время поискам Алисы, я бы так и сделал. К несчастью, я должен отработать столько праздничных смен, сколько смогу, особенно теперь, когда я решил, что нельзя эффективно продолжать расследование из квартиры в северном Лондоне.
Я долго думал об этом — и решил, что после Рождества полечу в Штаты и пойду по тем следам, на которые вы указывали. Надеюсь, когда я туда доберусь, я наконец-то смогу сдвинуть дело с мёртвой точки.
В то же время хочу попросить вас по-прежнему делиться со мной любыми идеями и новостями, даже если они кажутся вам незначительными. Я действительно читаю всё, что вы присылаете.
Ладно, вот вам следующая часть:
На какой-то миг перед тем, как удариться оземь, я осталась наедине со звёздами.
Падая в обрыв спиной вперёд, я встретилась взглядом с ночным небом и внезапно ощутила себя в объятиях абсолютной невесомости — словно небеса призвали меня к себе. Бездонный и бесконечный небесный свод просвечивал сквозь полог, и никакой земной свет не мог затмить его сияние. Несмотря ни на что, я не могла не заметить, как он велик и прекрасен и как изящно отрешён ото всей мерзости здесь, внизу. И, хоть это мгновение длилось всего секунду, оно казалось куда длиннее, словно мне была дарована крохотная передышка, мимолётное и драгоценное время, чтобы познать цену покоя и безмолвия космоса. Чтобы уйти хоть на один миг от того, что случится дальше.
Не знаю, сколько ещё могло бы длиться это мгновение. И, наверное, никогда не узнаю. Я ощутила безмерную грусть от расставания с ним, уверенным усилием переворачивая собственное тело в воздухе. Звёзды исчезли — на смену им пришёл крутой склон и тёмная, непримиримая бездна долины. Моё единение с небом подошло к концу. Я возвращалась к стылой, беспощадной земле.
Встреча не была радушной.
Я врезалась в склон одним плечом и почти сразу же — другим, начав стремительный, безостановочный слалом к подножию откоса. Перед глазами со страшной скоростью проносилась земля, а моё тело, охваченное хаотическим, бесконтрольным танцем, летело и катилось по склону навстречу жадно выжидающей долине.
Подколенной ямкой я угодила прямо на большой зазубренный булыжник. Лицом прокатилась по зарослям крапивы, и щёку ошпарило жгучей листвой. Я силилась внести в этот хаос хоть какой-то порядок, хватаясь за стебли трав, впиваясь пальцами в рыхлую почву в яростных попытках остановиться.
С большим трудом я перевернулась на спину, обрушив лавину грязи и камней и получив, наконец, возможность спуститься ногами вперёд. Я сделала это как раз вовремя — всего в нескольких метрах передо мной из склона холма торчало большое дерево. За долю секунды до того, как столкнуться с толстым узловатым стволом, я бросилась в сторону, ударившись запястьем о кору. Всю руку насквозь прострелило болью.
Я увидела ложе долины — оно неумолимо приближалось с каждым проносящимся подо мной клочком травы. Всюду были туши оленей, проделавших тот же опасный путь до меня. Там и тут был слышен полный боли рёв тех, кто выжил, и отчаянные стоны оттого, что сломанные ноги отказывались их держать.
В следующий миг я к ним присоединилась.
Склон не переходил в ровную поверхность постепенно. Прямо у подножия крутой откос, не оставляя шансов замедлиться, обрывался отвесной скалой. Прежде, чем я смогла хоть немного задержаться, сила притяжения швырнула меня под откос с дождём земляных комьев. Пролетев последние три метра в свободном падении, я приземлилась на руки и колени, и хруст костей ознаменовал полную, окончательную остановку.
Дрожа от боли и напряжения, я буквально соскребла себя с земли и поднялась на ноги. В ту же секунду резкий луч фонаря ударил по клочку земли справа от меня. Напружив ноющие мышцы, я отпрыгнула под сень естественной каменной стены, и в то же время луч приблизился, прочёсывая в точности то место, где я только что приземлилась.
Блюджей искала меня. Ни на что иное я и не рассчитывала. Луч скользил по земле, рыскал у подножия откоса, выхватывая из темноты бессчётное множество переломанных оленьих туш. К счастью, тень от каменной стены образовывала узкую спасительную полоску, укрывая меня от неусыпного ока фонаря.
Примерно через полминуты луч взметнулся к верхушкам деревьев и исчез.