Он медленно расстегнул, касаясь нарочно... Или не нарочно, моей кожи. Мурашки побежали по коже, и что-то горячее свернулось в моем животе.
– Не нужно больше надевать такие открытые платья, когда будешь выходить к людям, – проговорил он хриплым голосом. – На тебе это не смотрится.
Меня словно бросили в ледяную воду. Мои родители запрещали мне надевать то, что хочу, а теперь и Демьян?
На мне не смотрится? А на ком смотрится? На твоих полуголых девушках?
— Почему это? Все мне делали комплименты, а твой друг глазами меня пожирал, – выпалила я, задетая его словами.
Я повернулась к нему, встретившись с его свирепым взглядом.
– Он врал, чтобы не обидеть тебя, а остальные люди были просто вежливые. Думаешь, что нарядилась и красавицей стала? Спустись с небес на землю и надевай обратно свои очки, – гневно процедил сквозь зубы.
Никто не переключался с терпимого уровня на уровень мудака быстрее, чем Демьян Айдаров. Я ненавидела его высокомерие, грубость и насмешливое обращение – очкастая кобра. Я ненавидела, как я реагирую каждый раз на его обидные слова.
– Тогда почему ты сам пялился на меня?
– Я просто играл свою роль. А так бы в жизни не посмотрел на тебя, – произнес он ледяным тоном.
Не показывать ему, что его слова меня задели.
Я глубоко вздохнула.
– Взаимно, Айдаров. Можешь теперь выйти из ванной и не прикасаться ко мне.
– Больно надо... Касаться тебя, – в его голосе послышалась... Обида?
Он вылетел из ванной, захлопнув дверь.
Придурок.
Я смыла макияж, надела пижаму и вышла из ванной. Демьян уже лежал на кровати, уткнувшись в телефон.
– Тут одна кровать?
– А тебе сколько надо? На одной не поместишься?
Он поднял глаза на меня, изображая насмешливую жестокость.
– Я не буду спать с тобой на одной кровати, – вздернула подбородок, скрестив руки на груди.
Одна мысль заставляет меня испытывать жар по всему телу.
– Будешь спать стоя? – одарил меня своей дьявольской ухмылкой.
Я не жду от него доброты, но я ожидаю элементарного уважения к себе. Возможно, я бы легла на кровать, если бы он не оскорбил меня в ванной.
– Ты на полу, а я на кровати, – произнесла я.
– Чего? Это моя комната и тут будут мои правила, – разозлился Демьян.
Он явно не намерен быть джентльменом. Ничего. Ему придётся научиться.
– Ладно. Я буду спать на полу, а ты на кровати. Если конечно сможешь заснуть, зная, что беременная девушка из-за тебя лежит на холодном полу, – вздохнула я, положив руку на свой живот.
Извини, малыш. Просто твой отец – идиот.
– Ты сейчас серьёзно? Ты можешь лечь рядом со мной. Я не заразный, – у него озадаченное выражение лица.
– Ясно. Буду на полу, – хмыкнула я и подошла к кровати, чтобы взять подушку.
Он резко поднялся, и я еле сдержалась, чтобы не посмотреть на его голый торс.
Сейчас не время! Он тебя унизил!
– Стоп! Я буду спать на полу, а ты ложись в кровать. Теперь довольна?
– Довольна, – улыбнулась я и залезла на кровать.
Парень бросил на меня недовольный взгляд и схватил свою подушку, будто собирался им избить меня до смерти.
– Семейная жизнь – это прекрасно, говорили они. Жена – это счастье, говорили они. Выгнала из собственной кровати и вынужден теперь лечь на пол, как собака, – бубнил он себе под нос, укладываясь на полу.
Я подавила смех. Мне нравится его выводить из себя.
– Тебе полезно. Может быть, мозги на место встанут, – здорадствую я.
— Я жалею уже, что женился на тебе, – буркнул Демьян.
– Добро пожаловать в семейную жизнь, Айдаров. Ничего страшного, ты привыкнешь, – хихикнула я, поправляя одеяло.
– Как только ты родишь нашего ребёнка, то я так на тебе оторвусь. Вот увидишь.
– А у тебя мягкая кровать, мне нравится. Так удобно будет спать, – дразню я его.
— Спи, если конечно тебя не будет мучить совесть, что отправила отца своего ребёнка спать на холодный и твердый пол, – жалостливо протягивает он.
– Не волнуйся. Совесть точно не будет мучить, – хмыкнула я, и в ответ услышала, как он тихо матерился.
На этой кровати он он мог быть с другими девушками...
Странное чувство сжало мое горло.
— Демьян?
– Что? – недовольно.
– Сколько твоих девиц было на этой кровати? Ну, просто не хочу ничего подцепить тут, – бросила я небрежным тоном.
Он приподнялся.
– Какие, к черту, девицы? Я никого не приводил в дом. А единственная, кто посмела отжать мою кровать, то только ты, – проворчал Айдаров.