– Я беременна, – бросила я на него бомбу.
Его лицо вытягивается, словно случится сердечный приступ.
– Чего? Ты решила меня разыграть, очкастая? – рыкнул он.
– Сегодня утром я сделала тест и он показал две полоски... Это не розыгрыш! Ты даже не подумал о защите! – взвревела я, желая просто избить этого гада.
Он лихорадочно начал кружить вокруг меня.
– Это... Это мой ребёнок? – недоверчиво спросил Айдаров.
– Мы были хоть и пьяные, но точно мог заметить, что именно ты стал моим первым, – с вызовом произнесла я, чувствуя, как обида разгорается внутри.
Он ещё смеет сомневаться!
– Если срок маленький, то можно...
– Что?! – вскрикнула я, распахивая широко глаза.
– Я пытаюсь найти решение, черт возьми!
– И какое же решение ты предлагаешь? – мы уже перешли на крик.
– Нужно что-то придумать! Много вариантов! – в его голосе была паника.
– Вариантов много? Завести, что ли, список, как в магазине? – парировала я, ярость поднималась из глубины души. – Ты даже не готов взять на себя ответственность!
Секунда молчания, но она казалась вечностью. Я видела, что он нервничал и даже искру страха в глазах. Чего ещё я могла ожидать от Демьяна?
– Мне... мне надо подумать. Никому пока не говори. Я тебе позвоню, – бросил он и резко сел в машину, оставляя меня одну со своими мыслями и с хаосом в душе.
Дорогие друзья, рада представить вам свою новинку! История Демьяна Айдарова! Буду благодарна за ваши звёздочки и комментарии. Ваша поддержка для меня очень важна! ❤️
Книга Демида Айдарова https://litnet.com/shrt/P8hN Советую сначала прочитать "Извращённая одержимость."
Он – близкий друг моего брата. Наши семьи дружат уже много лет. Я знаю его с самого детства... Он постоянно на меня наезжал, вызывая у меня негодование и раздражение, но в какой-то момент перестал обращать на меня внимание. Я просто перестала существовать для него. Так продолжалось целых три года. Три года я была для него невидимой тенью. Но все изменилось после одной вечеринки...
Юлиана )
Я продолжала свой путь, сердце колотилось так, что казалось, вот-вот вырвется из груди, а ноги не знали покоя,стремясь лишь скорее довести меня до места. Наконец, я достигла туалета.
Всплеск ярости медленно утихал, оставляя за собой лишь опустошение и тревогу. Как только за мной закрылась дверь, я прислонилась к стене, прикрыв лицо руками.
Дыши. Только дыши.
Я вздохнула, желая отмотать время назад, чтобы никогда не идти на этот чертов день рождения. Никогда не напиваться. Никогда не приближаться к Демьяну.
Я сама решила ему сказать, хотя каждый инстинкт самосохранения призывал меня бежать. Только сбежал он.
Трус!
Не собиралась тонуть в собственных слезах — это никоим образом не поможет. Если один Айдаров сбежал, поддержит другой.
Старший брат Демьяна часто заступался за меня и помогал. Именно ему мне захотелось позвонить и обо всём рассказать.
Я снова глотнула воздух и, облизнув пересохшие губы, набрала номер. Между тем, в голове крутились мысли о том, как я сделала глупость, которая могла разрушить всё.
– Привет, Демид. Мне нужно кое-что рассказать, – голос дрожал, а сердце колотилось, как никогда. Я знала, что говорю за пределами рассудка, но в этот момент мне было нужно только одно – чтобы кто-то меня поддержал.
На минуту в голове промелькнула мысль про аборт, но после разговора с Демидом, я отогнала её. Он напомнил, что я не одна, что есть те, кто готов прийти на помощь, даже если в этом мире все остальные оказались трусами. Точнее один трус, не способный взять ответственность за последствия.
Я дотронулась до своего плоского живота и не могла поверить, что внутри меня новая жизнь. Это одновременно пугало и восхищало.
Мой ребёнок. Только мой.
Демьян не появился на занятиях, а я не стала ему писать. Пусть катится к чёрту. Сама справлюсь.
Дома я старалась вести себя, как обычно, чтобы родители ничего не заподозрили. Мои родители очень строгие люди, которые выросли будто в каменном веке. Им лучше не знать правду.
За ужином они предавались обсуждению соседей, предельно увлечённые сплетнями. Они любили «мыть косточки» другим, однако в лицо всегда улыбались, как будто играя свои роли в каком-то старинном спектакле. Их разговоры, полные лицемерия, резонировали в моей душе, как эхо в пустой комнате.
– Главное, чтобы их дети не влияли плохо на наших, – продолжала мама.