Чёрт...
Всё ее лицо засветилось, как новогодние гирлянды, и я понял, что никогда раньше не видел ее искренней, улыбки. Она никогда не улыбалась так со мной, а я был ее чертовым мужем. Я получал от неё только дерзкие ухмылки и злой взгляд.
"Ты думаешь, что только у тебя есть в университете объект симпатии?"
Ее слова крутятся в моей голове, как заколдованная петля. Так она ради него решила сменить стиль. Ей нравится этот дятел?
Я сжимаю кулаки и направляюсь к ним, изо всех сил требуя от себя изобразить улыбку и сохранить самообладание.
– Я тебя везде ищу, а ты вот где, – смотрел на нее, игнорируя ублюдка.
Я уже мысленно представлял, как буду его пытать.
– Что-то случилось, Демьян? – её улыбка сразу исчезает, и она бросает на меня «тебе что надо » взгляд.
Я кладу руку ей на поясницу, и она сразу напрягается. Какого хрена?
Ему улыбается, а мои прикосновения не нравятся? Потерпишь.
– Я просто соскучился по своей жене. Идём, а то я утром не завтракал, – говорил я, делая вид, что нет рядом раздражающего урода.
Юлиана нахмурилась, а я лишь крепче прижал к себе.
Она пытается вывернуться, но я впиваюсь пальцами, заставляя ее вздрогнуть.
— Мы разговаривали.
Я скрежещу коренными зубами, но говорю со своей обычной улыбкой.
– Муж важнее, чем какие-то непонятные чужаки.
– Извини, Макс. Потом увидимся, – бросила на него извиняющийся взгляд.
Макс? Извини? Потом увидимся? Ты совсем офигела, женщина?
Ярость пронзила мою грудь.
– Не надейся.
И с этими словами я тащу её за собой. Мое настроение красное, и чертовски убийственное.
Я хватаю ее за запястье, и она спотыкается на собственных ногах, пытаясь догнать меня.
Вместо того чтобы отпустить ее, я прижимаю ее к стене. Она ахает, когда её спина сталкивается с холодной, грубой поверхностью.
– Ты что творишь? Обязательно надо было так грубо себя вести? – она сердито смотрит на меня.
– Это он? Тебе нравится этот индюк? – я смеюсь, но за этим нет никакого юмора.
Некоторые студенты проходят мимо, а Макс пристально наблюдает за нами. Пусть смотрит и видит, кому она принадлежит.
– Я уже сказала, что это не твоё дело, – прошипела она.
Я хватаю ее за подбородок и заставляю ее шею изогнуться под углом, так что я смотрю на нее сверху вниз.
Ее дыхание вырвалось с небольшим вздохом, когда я крепче обхватил её и притянул к себе, а пульс участился, искушая меня. Я чувствую, как моё сердце стучит с такой силой, что, кажется, слышно за пределами грудной клетки.
– Теперь моё. Нужно напомнить всем, что ты ‐ моя жена, – процедил я и впился в её губы.
Юлиана
Сердце бешено стучало в груди, ноги подкашивались, а тело трепетало от его близости. Сама не поняла, как начала отвечать на его поцелуй.
Он не просто целовал — он требовал. Наказывал. Мне нечем было дышать, но не прекращала целовать его. Мы словно борцы, объятые страстью, сражались, в то время как его руки беззастенчиво сжимали мою талию, мои бедра, прижимая к себе с неистовой силой. Он продолжал целовать меня с остервенением, поглощая каждый мой звук.
Я ощущала, как его рука крепко обхватывает шею, притягивая всё ближе, словно мы находились на краю бездны.
Я потеряла ощущение времени и пространства, растворяясь в новых ощущениях. Низ живота болезненно ныл, желая большего.
В какой-то момент он оторвался от меня, взглянув в глаза с таким безуем, что я не смогла бы отвернуться даже если бы попыталась.
– Ты... Что это было? – выпалила я, хватая ртом воздух.
– Для всех ты моя жена, а муж имеет полное право целовать её... Нам надо чаще проявлять чувства на людях, – проскрежетал он, крепко удерживая меня за талию.
Я облизнула опухшие губы и Демьян тихо застонал, сжимая талию. Его безумный взгляд пронизывал меня до самой глубины души.
– Но ты сам говорил, чтобы в университете держалась от тебя подальше, – произнесла я, пытаясь обрести контроль над собой. Губы покалывают, а тело отчаянно нуждается в продолжении, но я ему об этом точно не скажу.
– Я передумал. Ты будешь рядом со мной..., Или тебе хочется с другим проводить время? Да? – гнев его голоса смешивался с искорками дьявола в глазах, готовыми утащить меня в бездну.
– Да что с тобой сегодня? – процедила я, пытаясь оттолкнуть его, но этот шкаф с места не сдвинулся.
– А что со мной?
– Ты сегодня агрессивнее, чем обычно. Неужели Вика тебя не удовлетворила? – ядовитой умешкой бросила я.
Его глаза стали ещё темнее.
– А ты ревнуешь меня, очкастая, – одарил меня дьявольской ухмылкой. Его губы скользнули по моему лбу, опускаясь дальше, возбуждая каждый нерв моего тела