Я не понимала поведение Айдарова, поэтому молча села в машину, не спрашивая его.
Всю дорогу я ощущала незримое напряжение и неловкость, витавшие между нами, однако старались не проявлять этого перед Демидом и Миленой. В принципе, им было не до нас.
Мы успели посетить несколько магазинов и потратить крупную сумму денег. Парни послушно следовали за нами вместе с пакетами.
— Нужно ещё новую косметику купить, – протянула я.
– Зачем? Ты и без косметики красивая, – неожиданно бросил Демьян.
Я на мгновение перестала дышать, услышав комплимент от Айдарова.
– Ты... Ты назвал меня красивой? – удивленно пробормотала я.
Демьян растерянно почесал затылок, словно и сам поразился своему откровенному признанию.
– Да. Ты правда... Очень красивая... Такая, какая есть, – произнес парень, удерживая на мне пронзительный взгляд, наполненный неожиданным теплом.
– Вы долго будете там стоять и глазами друг друга раздевать? – усмехнулся Демид.
Мои щеки окрасились в алый цвет, и, стараясь скрыть смущение, я торопливо вошла в магазин.
Мы купили всё необходимое и направились на парковку. Демид и Милена немного задерживались, поэтому я снова осталась наедине с Демьяном.
Он шёл впереди, а я сзади, проверяя один из пакетов, чтобы удостовериться всё ли на месте.
– Чёрт! – выругалась я и наклонилась поднять помаду.
На парковке были ещё двое мужчин и один из присвистнул.
— Отличный вид сзади. Давай ещё раз покажи нам эту интересную позу.
Я сразу поправила юбку, сгорая от стыда. Бывают же на свете такие уроды.
– За языком следи, иначе сам будешь наклоняться, – прорычал Демьян.
– У тебя ещё молоко на губах не высохла, чтобы нам угрожать, щенок, – ухмыльнулся мерзко второй.
Я испугалась, потому что их двое и намного больше Айдарова.
– Демьян, не нужно с ними связываться, пошли, прошу тебя, – умоляю его и беру за руку, чтобы оттащить к машине.
– Малышка, если захочешь узнать разницу между мальчиком и мужчиной, то милостью прошу, – рассмеялся самый здоровый из них.
Взгляд Демьяна мрачнеет. Он толкает меня себе за спину и набрасывается на них.
– Уроды!
— Демьян! – кричу я.
Парень яростно ударил одного в челюсть, но второй успел схватить его и оттащить.
– Что за? – на секунду удивился Демид, а потом бросился помочь к брату.
Демид был сильнее их, поэтому уже через минуту мужчины удрали. Ошеломленная и напуганная, я смотрела, как парень схватился за нос.
Демьян сидит в машине с окровавленным носом.
Парень выхватывает салфетку и прикладывает ее к носу, так мы доехали до дома. Я первым делом пошла за аптечкой.
– Садись и позволь мне помочь, – прошипела я, потому что была злая на него.
Парень стоит, нерешительно переводит взгляд с моего лица на аптечку. Он прищуривается, все так же не шевелясь.
– Не нужно считать меня слабаком. Я ему тоже успел хорошо вмазать. Буду теперь каждый день ходить в качалку, – буркнул он, но всё же сел на стул.
– Я не считаю тебя слабым... Я считаю тебя дураком, – фыркнула я.
Поставив аптечку на стол, я беру антибактериальные салфетки и, избегая зрительного контакта, подхожу к нему. Вытираю кровь с его лица, осторожно обрабатываю синяк, чувствуя при этом, как он следит за каждым моим движением.
Сосредоточившись на своей задаче, я старалась игнорировать напряжение между нами. Его молчание давило на меня, и я понимала, что он не понимает, почему я так реагирую. Но не могла же я просто смотреть, как он рискует своей безопасностью только ради самоутверждения. Он был зол, что вмешался Демид.
– Ты сама тоже не подарок.
– Но я не нападаю на людей, чтобы что-то доказать.
– Они тебя оскорбили за что что и получили. Я не собирался ничего доказывать. Я защищал тебя, – проскрежетал Демьян.
Пальцы его сжаты в кулаки, руки лежат на коленях. Наши взгляды встречаются. Дрожь пробегает по телу.
– Ты будешь теперь на каждого больного кидаться, если косо посмотрят на меня?
– Буду... Я не позволю никому говорить о тебе..., – уверенно сказал парень.
Сердце пропускает удар, внутренности превращаются в теплую лужицу. Я замираю с салфеткой в руках.
Он дрался, защищая меня...
– Спасибо... Но никогда больше не дерись. Не нужно, – щепчу я.
Почему-то непреодолимо тянет обнять его, уткнуться лицом ему в шею. Поблагодарить его.
– Почему? Тебе не нравится, что я тебя защищаю? – он нахмурился.
— Потому что...я буду переживать за тебя, – не знаю, когда именно это поняла, однако именно такой ответ срывается с моих уст.