В нос просачивается аромат дорогого парфюма и Матвея. Я помню Его запах так отчетливо, что под ложечкой начинает сосать.
Затихаю.
Слышу как сильно стучит его сердце переплетаясь с моим собственным. Слышу тяжелое дыхание в районе макушки и тело покрывается мурашками.
— Ты вся дрожишь - констатирует и без того очевидный факт, но я молчу. Да и что говорить? Мне так хорошо не было с того момента, как вернулся Дима.
Ах, Дима…
Позорно понимаю, что практически не вспоминаю о нем и не понимаю почему. Я.... я кажется запуталась.
— Пожалуйста, Матвей…отпусти - говорю не своим, совсем чужим, незнакомым мне голосом.
Он не поддается, продолжая крепко удерживать в своих руках. Боится, что сбегу?
Правильно делает!
Была бы моя воля, на другую планету переехала. И эта идея совместной работы уже не кажется такой хорошей. Его слишком много в моей жизни! Непростительно много.
— Я скучал, кнопка.
Моя голова дергается с такой силой, что я слышу, как хрустят шейные позвонки. Хочу посмотреть в его лживые глаза, но вижу лишь очертания точёного подбородка и губ.
— Врун - выплевываю злобно. - Не смей так меня называть!
— А то, что? Поругаешь меня?
— Ты…ты… знаешь кто ты?!
— Козёл?
— Именно!
— Мудак?
— Не без этого!
— Твой будущий муж?
— Что ты сказал? - Едва не крякаю от неожиданности. Меня словно бетонной балкой приложили, настолько его слова выбили меня из равновесия. Затаиваюсь, в ожидании объяснений, но Матвей не спешит оправдываться, играя в только ему известную игру.
Он ослабляет хватку и наклоняется так низко, что наши глаза находятся на одном уровне, а носы таранят друг друга. От внезапного волнения во рту становится сухо.
— Что ты творишь? - Шепчу затаив дыхание. Меня бьет током от контраста его практически чёрных глаз. Я словно завороженная смотрю, смотрю, смотрю, напрочь игнорируя внутренних ангелов поющих об опасности.
Сейчас, в эту самую секунду мне нет до них никакого дела. Мне нет дела не до чего, потому что мне плевать на окружающую обстановку.
Есть только он - уверенный и опасный, и я - дрожащая и потерянная.
— Что должен был сделать еще тогда. - так же шепотом заявляет он. И с этими словами впивается в мои губы, выбивая из лёгких весь гребаный воздух.
Меня словно ударной волной накрыло, настолько это было неожиданно, отчего колени начинают подгибаться.
Понимаю, что так нельзя, это неправильно и вообще ужасно, но почему-то не сопротивляюсь. Раскрываю рот, впуская язык Матвея внутрь и обхватываю руками мужской затылок.
Закрываю глаза.
Он целует с такой нежностью и осторожностью, что изо рта вырывается всхлип, а тело вмиг отзывается бурлящей волной мурашек. Я не контролирую это, с легкостью отдаюсь моменту, пробуя вкус сладких губ с примесью горького кофе.
Теперь, когда путь открыт и я приняла его правила, Мот становится более настойчив. Играет с моим языком в пламени страсти и сжимает мою задницу придвигая к себе так близко, что я чувствую его возбуждение. Живот начинает сводить сладостным спазмом от переизбытка эндорфинов, а между ног становится влажно.
Разорвав поцелуй, Матвей проводит носом по моей шее и прикусывает зубами, отчего я начинаю содрогаться и стонать.
Боже…
— Какая ты охеренная - сквозь вакуум доносится его голос и в моём мозгу внезапно простреливает осознание:
Какого черта я творю?
Это же Матвей! Матвей Измайлов! Тот самый, с которым мы воровали яблоки из чужого огорода, тот самый, который заботился обо мне с самого детства, а потом бросил как ненужную игрушку.
Вся спесь желания и яркого возбуждения вдруг испаряется, а на смену приходит здравый смысл, граничащий со злостью. Подняв ногу, со всей дури бью каблуком по ботинку Измайлова и парень от неожиданности подпрыгивает, впиваясь в меня ошарашенным взглядом.
— Ты чего, Лер? - Хрипит он, тяжело дыша.
— Совсем охренел?! - Ору, метая из глаз молнии. - Ты что себе позволяешь, Измайлов? Давно в бубен не получал?
— Тебе вроде как понравилось - усмехается он облизнувшись, словно кот сожравший палку колбасы.
От возмущения крылья носа начинают раздуваться. Вот же самоуверенный индюк!
— Еще хоть слово, и я запульну в тебя чем-нибудь тяжелым. - рычу угрожающе сжимая кулаки, которые так и чешутся подправить довольную физиономию. Его забавит моя реакция, потому что мы оба знаем, что он прав.
Это как раз меня больше всего и бесит.
Со злости фыркаю и с силой толкаю парня в грудь, в надежде что сейчас произойдет фееричное падание, а он к моему сожалению даже не пошатнулся. Чертова махина!