— Разве шоу не основано на франшизе с успешным примером развивающихся отношений?
О, она изучила вопрос. Стало действительно интересно узнать, к чему она ведёт.
— Оно основано на предположении о том, что любые встречи не случайны. Это как Тиндер, только твой выбор ограничен. И в ограниченном выборе тебе лучше сразу разглядеть того, кто не будет настолько мудаком, чтобы охотиться за деньгами.
— Это невозможно. Мужчины хитрые и могут годами скрывать любовниц от своих жён.
— Именно. Поэтому относись к пребыванию здесь как к игре, прими её правила и сделай так, чтобы зритель был в восторге. Мы прошли половину пути, осталось не так уж и много.
Кира повернулась ко мне, но её глаза были опущены на декоративную подушку, которую она сминала пальцами.
— То есть — шансов всё-таки нет? — настаивала она.
— Шансов на что? На искренность или любовь? Нет, определенно нет, — категорично заявила я. — Влечение, химия и… я не знаю… животный инстинкт. Мы просто каждый день воспринимаем слишком обширно и остро, потому что здесь происходит много всего одновременно. Люди, с которыми ты бы едва пересеклась в обычной жизни, кажутся интересными и привлекательными или же наоборот — необъяснимо отталкивают от себя только из-за того, как ты их воспринимаешь внутри этого замкнутого пространства. Своё мнение о тебе все остальные строят точно так же.
— Ты словно не первый раз через это проходишь, — Кира посмотрела на меня с обвинением в глазах, словно я виновата в том, что понимаю про суть шоу чуть больше, и высказываю неприятные вещи, идущие вразрез с её собственным мнением.
— Первый, но я часто всё это видела по ту сторону камер.
— Жалеешь о том, что ты здесь?
— Напоминаю — у меня не было выбора и это ни для кого не секрет. Должна ли я задать такой же вопрос тебе? — в моём голосе была лишь смешинка, но ни ожидаемого едкого ответа, ни звонкого смеха я не услышала.
Неприятный озноб прошёлся от кончиков пальцев до самой шеи.
— Кира? — но девушка рядом так и не подняла голову, сильнее сцепив пальцы на плюшевой наволочке.
— Вчера в Комнату Секретов я ходила последняя, и монеты не было. Он её забрал.
Было не трудно догадаться, что речь шла про Лёшу. Было просто невозможно поверить, что он изменил своё решение.
Я пыталась припомнить момент, когда что-то пошло не так, но память услужливо подбрасывала отрывки другой драмы, развернувшейся во время карточной игры. Затем возвращение Егора со свидания, глупая ревность (как хорошо, что я теперь могу называть вещи своими именами), приступы головной боли, шёпот кого-то из девчонок до раннего утра, бессонница. Среди своего хаоса я просто не заметила, что была не единственной, у кого не всё было в порядке.
Хотя кто тут вообще был в порядке?
— Я похожа на наивную и глупую дурочку, — Кира не задавала вопрос, а ставила себе диагноз.
Мне бы хотелось её приободрить, но со своими претензиями к Лёше или на Лёшу ей стоило разобраться как можно скорее. И если считать, что на проекте день ощущается как целая неделя, то лучше сделать это еще до обеда.
* * *
Бессонницей мучились не только я и Кира. В это утро часть участников встали раньше обычного и с большим энтузиазмом искали аптечку с аспирином.
Среди них был и Егор.
Обычно он вёл себя как настоящий засранец и повелитель грёбанной Вселенной, которому не ведомы такие простые и человеческие проявления слабости как похмелье или диарея, не говоря уже о примитивной головной боли.
Но сегодня он выглядел неважно, и осознавать это было довольно приятно. И странно. Вчера босс не напивался в нашей славной компании, пропустив основную часть вечеринки, и вернувшись со свидания, лишь помог убраться.
Сегодня я не собиралась совершать кулинарные подвиги, оставив эту почётную миссию другим энтузиастам и пока ждала свой завтрак Егор подошёл ко мне, протянув кружку кофе.
— Выглядишь лучше, чем вчера, — светлые глаза смотрели на меня миролюбиво.
— Я и вчера выглядела отлично, — парировала я,
«Вчера» казалось таким далёким, словно прошедший Новый год. Здесь время действительно имело свойство предавать незначительным событиям большое значение. Это касалось не только Киры, мои ощущения были схожими. День как неделя — это было преуменьшением. День как месяц — вот более точное ощущение каждого дня.
— Как ты себя чувствуешь? — Егор стоял около дивана, не решаясь присесть.
Его странное настроение и тихий голос, полностью потерявший командный тон были для меня в новинку. Сложно представить его таким за пределами офиса. Сложно представить его рядом с собой не как руководителя или парня на одну ночь. Такая глупость. Но, если быть до конца с собой честной, я бы хотела попробовать.