Квартира Вероники располагается в старой пятиэтажке, упрятанной от глаз между детским садом и высокой новостройкой. Мы поднялись по пыльным ступеням на четвертый этаж, встали перед железной дверью. Вероника посмотрела на меня большими глазами, прижалась и поцеловала в губы. Я ответил скромной улыбкой.
Квартира ее обставлена стильно и со вкусом. Если я у себя сделал просто приятное глазу и телу жилище, то здесь трудился дизайнер. Он переплел минималистичный хай-тэк со скромным очарованием белой сказки. Коридорчик открывает вид на двери ванны с туалетом, кухню и единственную комнату. Блестящий плинтус поддерживает серебристые обои. В дверном проеме комнаты установлен турник. Это мне понравилось. Люблю, когда девушка поддерживает свою очаровательную фигуру, не желая распускать себя ни на каплю.
Вероника кокетливо заявила, что идет переодеваться. Наверно, это было скрытое предложение пойти и помочь ей, но я сыграл в дурака и пошел на кухню готовить имбирный напиток. Она переоделась в белый топик, черную юбочку с белой каймой по краю. Ноги Вероника облачила в белые кружевные гольфы. Она появилась с руками за спиной и виновато опущенной головой. Я улыбнулся и продолжил нарезать имбирь. Вода вскипает, надо дорезать лимон и скорее загружать ингредиенты в кастрюлю. Вероника вздохнула грудью, села на стул и принялась мечтательно наблюдать, как готовит мужчина.
Мы сидели и пили обжигающий и будоражащий напиток с имбирем. Я сказал, как бы проходя, что сейчас мы допьем, я возьму ее за руку, и поведу в комнату заниматься сексом. Вероника сделала брови домиком и удивленно приоткрыла губы. Как ни в чем не бывало, я продолжил беседу. Мы поговорили о повседневной, никому не интересной чепухе. Но глаза у Вероники загорелись, пальцы затарабанили по розовой кружке. Вероника допила напиток, медленно встала. Мне было интересно, что она будет делать. Она зашла ко мне за спину, я почувствовал, как сильные для такой хрупкой девушки руки обхватили мою шею. Я расслабился и закрыл глаза, ожидая либо покусывания уха, либо поцелуев в шею. Но она достала что-то из выдвижного ящика возле плиты. Спустя секунду что-то больно укусило меня в грудь. Я распахнул глаза до боли в висках. К моей груди наконечником приставлен нож. Солнце блеснуло на лезвие косыми лучами.
По спине прошла неприятная волна мороза. Вспомнилось ненавидящее лицо Константина. Неужели они заодно?
Мне стало дурно.
Глава 7
— Сладкий мой, расстегивай рубашку!
Голос Вероники стал другим. Это говорит ожесточенная на весь мир ведьма. У меня во рту пересохло. Стараясь удержать себя в руках, я сказал:
— Расстегивай сама. Я не буду сопротивляться, но твоя игра мне не по душе.
Она завелась неприятным смехом.
— Между вторым и третьим ребром находится сердце… Игра закончилась давным-давно, Ларион.
По спине поползла холодная капля. Сердце, почувствовав сталь в считанных сантиметрах от себя, отчаянно забилось.
— Расстегивай. — Приказала Вероника. Мускулы на ее руке напряглись, стальной наконечник вдавился в кожу. — Медленно.
— И эротично? — Спросил я, пересиливая страх.
— Да… доставь мне удовольствие! — Она расхохоталась, не сводя глаз с ножа. С каждой секундой в них сильнее разгорается безумие, так же стремительно мне в душу заползает ужас.
Моя рубашка отлетела в сторону. Я попытался незаметно поднять руку, чтобы в нужный момент перехватить тоненькое запястье Вероники, но в боку нестерпимо заныла старая рана. Я припал на другой бок, за что получил ощутимый тычок ножом. Из порезанной кожи по животу устремилась тонкая струйка алой жидкости.
Даже Вероника сильнее меня! На моем месте Кедр разнес бы весь дом по кирпичам. Что я за мужчина, если меня так легко одолеть. Я бешено вытаращил глаза. Нельзя дать слабину. Никак нельзя. Держаться!
Вероника отпустила одну руку от ножа и провела ногтями по моей шее. Детское хихиканье с горячим дыханием раздалось над самым ухом. Она сказала:
— Подумай, почему я это с тобой делаю.
— Что думать, — хмыкнул я. — Ты главное делай. Я уже вошел во вкус. Теперь раздевайся и начинай тереть голой грудью мне о спину.
Я запрокинул голову и в предвкушении прикрыл глаза. Знала бы Вероника, какой ужас охватил меня в это мгновение! Я уже почувствовал, как лезвие прошлось по моей шее, вскрыв тонкие нити жизни.