— Я не смогу… я слишком слаб.
Я сел на траву, обхватил колени руками. Кедр бросил одеяло рядом, поднял меня за грудки. Сильные руки встряхнули меня, словно коктейль в шейкере.
— Ты можешь врать себе сколько угодно, но я вижу тебя другим. Настоящим! Без всей этой шелухи про баб и походы по сектам.
Я попытался отпихнуть Кедра, но руки вяло уткнулись в его могучую грудь. Его слова вырвали меня самого из тела, оставив в груди и животе зияющие темнотой пустоты. Вихрь отчаяния обуял меня под ослепительный контраст солнца. Чернеющий вокруг лес поманил с неодолимой тягой.
— Кедр, я все потерял! Влада, Веронику, котенка…
Он встряхнул меня так сильно, что едва не отлетела голова, а в глазах потемнело.
— Скулить о своей судьбе будешь после дела. Состояние Гоша критическое. Будешь медлить или скажешь не те слова, настанет конец и ему, и тебе. Кто мне доказывал с пеной на губах что нужно в человека вкладываться, если хочешь действительно сделать с ним что-либо крупное?
— Моя мать верно сказала, что я смешон. Оставь меня, Кедр. Не мучай.
— Изволь сделать задуманное, а потом я тебя лично сделаю тебе весело. Всю жизнь с нестираемой улыбкой ходить будешь.
Он поднес свой кулачище к моему лицу. Я невольно сглотну. Кедр прав. Чего я распустился как маленькая побитая девочка.
— Я подготовлю слова. — Сказал я. В горле клокочет, голос дрожит. Но по рукам потекло тепло, а в голове прояснилось.
Кедр кивнул и отпустил меня. Я стал собирать палатку, руки действуют сами собой, а в голове мелькают воспоминания наших с Гошем приключений. Шагах в тридцати от меня загромыхало:
— Солдат! Левое плечо вперед, правое — отбой. Вы тут что? Пока я где?!
Гош повернулся к Кедру. На лице играет пьяная улыбка, колени дрожат. Лопата выскользнула из ладони и клюнула землю в миллиметре от его ноги. Гош сказал:
— Боевое задание выполнено. За время вашего отсутствия не было самолетов, не было ни страха, ни неуверенности, ни сомнения.
— Молодец, боец. Ложись на отдых, вот твое одеяло.
Кедр закутал Гоша в белое тесто одеяла, аккуратно положил в выкопанную яму. Он поднял лопату и быстро накидал поверх Гоша слой земли, оставив снаружи только голову.
— Ларион, палатка готова? Неси!
Желтая туристическая палатка походит больше на деревянную собачью будку, чем на защиту от дождя и ветра. Я легко взял ее за два угла и твердыми шагами двинулся к друзьям. Кедр установил ее над Гошем, а я сходил за крепежами палатки к земле. Мы забрались внутрь. Тесно, душно. Я потрогал лоб Гоша. Он раскален. Глаза болезненно прикрыты, сквозь землю чувствую, как Гош дрожит. Кедр достал нож, такой же, какой подарил мне, только больше и выглядит хищнее.
— Что ты собираешься делать?
— Закаленное железо это символ, наделенный силой. Клинок тоже символ. Гош сейчас ничего не видит, но чувствует очень хорошо. Сила символов перейдет к нему. У нас мало времени. Сознание Гоша разорвано на осколки, но ничто не терпит хаоса. Скоро оно соберется по своему разумению, но это будет дикая химера. Собери его. У тебя есть шанс не только оформить одну его комнату в надлежащий вид, но перекрасить весь особняк его мышления. Мое дело окончено.
Кедр поддержал меня за плечо. Только сейчас я заметил, какой он уставший. Только ему известно, сколько сил он потратил на Гоша. Внешние действия как всегда оказались антуражем, сохраняя под собой слаженную работу интуиции, чувства, порыва и той невидимой силы, которую приобретает человек, идя через страх. Кедр положил клинок на грудь Гоша и выпозл из палатки. Я неотрывно смотрел на Гоша несколько минут, потом спохватился, времени в обрез.
— Гош, я хочу с тобой поговорить вот о чем. Когда-то я работал над классификацией комплексов, которые мешают мужчине добиваться и быть признанным женщиной. Выписав около двух сотен гвоздей в нашей психике, я классифицировал их в большие группы. Получилось семь глобальных тем, которые по прошествии года я слил в одну большую. Это оказался главный противник человека, нет, даже враг — страх. Единственное препятствие к достижению целей, росту и исполнению своих желаний. Я хочу, чтобы в тебе укрепилось бесстрашие, Гош. Будь титанически, на миллион процентов уверен в себе. Страх дается с детства, чтобы пока человек слаб, мог избегать губительных неприятностей. Но ты развиваешься, становишься крепче. Понимаешь, что действительно хочешь. И от страха нужно избавиться, как от ненужного подгузника. Пусть в этой яме останется страх, а выйдешь ты новым человеком. Это будет рождение нового человека. Нового тебя.