— С каких пор ты стал интересоваться моей жизнью? — её пальцы нервно разрывали обертку.
— С тех самых, когда меня из-за тебя пыталась избить троица отморозков.
В кухне повисла тишина.
Из-за тонкой межквартирной перегородки доносился шум телевизора, с улицы долетал вой сирен и отголоски спора, но казалось, что все это происходит где-то в другой реальности. А в этом в замкнутом пространстве шести квадратных метров двое вели свой молчаливый спор, Теа сдалась первой.
— Андрей что-то вроде местного сутенера, — её голос звучал бесстрастно. — У русских есть парочка фирм, которая предоставляет услуги разного характера: от спутницы на премьеру в Метрополитен театр, до банальной шлюхи на одну ночь, — повернувшись, она хладнокровно встретила его взгляд. — Одна из его «девочек» ходит ко мне на занятия. Забавно, но многие клиенты мечтают оказаться в одной постели с балериной.
Кайл не видел в этом ничего забавного.
— Однажды вечером Андрей вот так же поджидал меня на парковке и предложил работать на него. Сулил хорошие деньги… — Теа закусила губу. — Но я знала, если дам согласие, уже никогда оттуда не вырвусь. Это сделка с дьяволом… Я надеялась справиться без него.
Кайл резко поднялся, чуть не опрокинув табурет. Теа пугливо дернулась, словно испуганный зверек.
Ему захотелось срочно сунуть голову под струю ледяной воды, утихомиривая ярость, что сжигала его изнутри.
Бок заныл от неосторожного движения. Ни слова не говоря, Кайл отодвинул Тею со своего пути и прошел в ванную. Приподняв футболку, осмотрел бок в потемневшем зеркале над раковиной. По коже стремительно расплывался лиловый синяк. Глубоко вздохнув и выдохнув, Кайл прислушался к своим ощущениям, дискомфорта не было, значит, ребра целые. Не хватало еще вылететь на пару недель из-за глупого перелома.
— Тебе нужно к врачу.
В тусклом отражении замаячило перепуганное лицо Теи, которая во все глаза пялилась на его торс.
— Все в порядке.
— Откуда ты можешь знать? Ты же не врач.
— Я достаточно долго играю в хоккей, чтобы понимать, когда травма серьезная.
Кайл заправил футболку в джинсы и еще раз окинул себя взглядом. Видок у него был еще тот. Он только надеялся, что ко времени его возвращения в Денвер скула и бок успеют зажить, и не придется объяснять Тому, во что он успел вляпаться, пока команды не было в городе.
— О чем ты хотел поговорить? — Резко сменила тему разговора Теа.
— Утром я открыл фонд, со счета которого будут переводится средства на лечение Дарена. Тебе больше не придется переживать о деньгах.
Он смотрел в зеркало на её реакцию, Теа обхватила себя руками в каком-то беспомощном жесте.
— Почему ты это делаешь? Ты ведь ненавидишь меня, — её голос вибрировал от волнения.
— А почему, прилетев в Финикс, ты не рассказала мне о брате?
— Я думала, Глен это сделал, а когда поняла, что ты не знаешь… Я не хотела, чтобы мы были обузой… Не хотела, чтобы ты ненавидел нас еще больше…
Кайл сокрушенно покачал головой. Ему было стыдно. Впервые за много лет он ощущал неловкость за тогдашнее свое поведение. И пусть он имел право обижаться на отца и на Ирис, но его ненависть к Тее — она была несправедливой. Не она разрушила его семью, не она заставила отца уйти к другой женщине, не она принудила его мать, погрязшей в пучине отчаянья, совершить самоубийство.
Он ведь и сам был далеко не самым идеальным сыном.
Кайл повернулся, упираясь руками на раковину.
— Я был глупым, заносчивым и эгоистичным мальчишкой. Хочется верить, что мне удалось хоть немного повзрослеть. И в конце концов Дарен мне такой же брат, как и тебе.
— Ты мне не брат! — резко прошипела Теа.
Кайл скрипнул зубами, злясь на её упрямство. Он сдержал едкие комментарии, готовые сорваться с языка, не желая нарушать хрупкое перемирие, возникшее между ними.
— Тогда считай, что я это делаю как твой опекун.
— Ты уже давно им не являешься. Мне не нужны…
— Теа, я хочу тебе помочь. Чтобы ты там обо мне не думала, я не хочу, чтобы тебе приходилось раздеваться или продавать себя ради денег необходимых для оплаты его лечения. Что ты будешь делать, если клиника поднимет цену? — она опустила голову, сломленная его доводами. — Не считай это какой-то подачкой или изощренным способом мести, с помощью которого я собираюсь постоянно унижать тебя. Моррис все юридически оформил, фонд открыт на твое имя и ты полностью распоряжаешься деньгами, — он не сводил с неё взгляда. — На счету почти пятьсот тысяч, этого хватит на первое время.