Кайл ядовито улыбнулся.
— Могу снять люкс в Ритце. Это тебе больше понравится?
Теа нахмурилась, обняла себя руками, отгораживаясь от него.
— Кто я для тебя Кайл? Шлюха, что набивает себе цену? — он молчал, не зная, что ей ответить. — Зачем тебе все это? За полмиллиона тебе бы легко дала любая другая.
— Я не знаю, — она удивленно на него посмотрела. — Я не могу перестать о тебе думать с той самой минуты, как увидел в Hastlerе. Я ведь вернулся в клуб через три недели, но узнал, что ты ушла. Я начал тебя искать только с одной целью… А потом, я узнал о Дарене, и к желанию добавились чувство вины и злость на себя, — Кайл провел рукой по волосам. — Послушай, Теа, я не буду тебе врать, а скажу все прямо. Я хочу тебя! Я понимаю, что, наверное, это звучит ненормально, но ты сама сказала, я тебе не брат. Мне похер на все…
— И на меня?
— Твою же мать! Вот почему надо все усложнять?
— Усложнять? Ты хоть понимаешь в какое положение меня ставишь? Как я себя чувствую? КЕМ я себя чувствую? Ты всю мою сознательную жизнь меня презирал, а сейчас появляешься таким себе принцем на белом коне. Протягиваешь руку помощи. И все идеально, если бы не одно маленькое но… — голос Теи вдруг стал злым и колким. — Наш ледяной принц с какого-то перепугу вдруг возжелал ненавистную девчонку. Я видела, как ты смотрел на меня в клубе. Ты совершенно не умеешь скрывать свои мысли, Кайл Бейли. Тебя выдают глаза. Ты заказал танец, не только чтобы унизить меня. Ты мстил мне, потому что хотел меня, — её дребезжащий, спазматический смех ударил по нервам, отрезвляя, — А судьба еще та, саркастичная дрянь… Правда?
— Сука! — бешено выдохнул Кайл.
— Я бы еще с тобой пообщалась, но мне надо работать, — и Теа ушла, так и не обернувшись.
Кайл смотрел на захлопнувшуюся дверь, все еще пытаясь прийти в себя от ее слов.
Он ведь совсем не это имел в виду. Он никогда не считал ее шлюхой.
Он резко ударил по стене.
Кому он врет? Он не просто считал, он надеялся, что она такая. Что назовет свою «цену», облегчив ему жизнь, и он сможет утолить свое желание.
Но несмотря на это, он бы никогда, ни при каких обстоятельствах не забрал бы те деньги и не потребовал бы за них «плату».
А сейчас он вообще не знал, что думать.
Она сводила его с ума.
За свои двадцать девять лет он впервые чувствовал то, что не чувствовал никогда и ни к кому.
В другой ситуации он бы назвал это любовью, но ведь это Теа Андерсон.
Четырнадцать лет его эмоции по отношению к ней были просты и понятны, но сейчас… За эти дни, что-то сломалось в его системе координат, сдвинулось с привычной оси, грозясь раздавить и уничтожить. Настолько сильными было это появившееся из ниоткуда влечение.
Ему было плевать на все. Ему просто хотелось быть рядом с ней: защищать, оберегать, поддерживать, любить в конце концов. Он словно перестал принадлежать самому себе, и это порядком пугало.
Рядом с ней все привычные ценности казались бесполезной мишурой.
Даже Кубок…
Кайл несильно стукнулся лбом о стену, уговаривая себя одуматься. Он не может позволить дурацкой страсти сломать ему жизнь. У него есть цель, к которой он шел долгие годы, а все остальное — это не важно.
Кайл плохо помнил, как добрался до отеля. Целый ворох разнообразных эмоций сплелся в змеиный клубок где-то внутри, мешая дышать.
Собравшись за десять минут, он уехал в аэропорт, готовый улететь куда угодно, только бы убраться куда подальше от Нью-Йорка и от Теи Андерсон.
Счастье сопутствует смелым
Кайл выкатился на середину поля и, установив шайбу, кивнул тренеру, показывая, что готов. Разогнавшись, подъехал к воротам, пробивая. Джери Линч угадал направление, но поймать шайбу не смог.
Кайл, сделав резкий вираж, развернулся, возвращаясь на противоположную сторону поля, наблюдая, как ребята один за другим отрабатывают буллиты*.
До очередной игры оставались считанные дни, и напряжение в команде росло с каждым часом. Последний раз «Колорадо Эвеланш» выигрывала кубок в далеком 2001 году, и сейчас, на пороге самого важного финала в их карьере, все игроки без исключения чувствовали на себе невыносимый груз ответственности. В современном хоккее шансы повторить такой успех были очень призрачны, слишком много факторов влияло на удачную игру команды.
— Фрост, хватит спать! — рявкнул Гровер, безуспешно пытаясь докричаться до Кайла уже несколько минут. — Или тебе надо особое приглашение?
Кайл тряхнул головой, прогоняя все лишние мысли, и включился в тренировку, отрабатывая проход по льду и перепасовки.