— Что стряслось?
— Теа… — Черрил всхлипнула. — Она пропала. Мы должны были встретиться после работы, но она не пришла. Я прождала ее до ночи, а потом позвонила в театр, но они сказали, что она ушла после занятий, а потом кто-то видел, как ее усаживали в машину какие-то парни. Администратор говорит, они местные бандиты. И что Тею видели разговаривающую с ними… — глухие рыдания заглушили окончание фразы.
— Успокойся, думаю, утром она появится.
— Кайл, она пропала два дня тому назад. В полиции меня не послушали. Сказали, что Теа просто загуляла с любовником, но она никогда… — и девушка снова зарыдала.
В голове Кайла лихорадочно метались мысли. Бандиты, поджидавшие Тею на парковке, могли быть только людьми Андрея. А может, это был он сам. Могла ли Теа, действительно, добровольно с ним поехать? Он очень в этом сомневался.
— Я постараюсь прилететь как можно скорее.
Он нажал отбой и, схватив куртку, кинулся к выходу.
— Эй, ты куда собрался? — Росс догнал его уже возле лифтов.
— В Нью-Йорк.
— Ты окончательно охренел? Доктор же ясно сказал, тебе скорей всего нужна операция, а ты мчишься хер знает куда из-за звонка какой-то истерички. Да что происходит?
— Это долгая история. Росс. Но мне действительно надо лететь.
Росс, оценив упрямый взгляд, махнул рукой и произнес:
— Ладно идем, расскажешь все по дороге в аэропорт.
Не много, но многое
В салоне вспыхнул свет, и стюардесса по громкой связи попросила пассажиров пристегнуть ремни, зафиксировав столики в вертикальном положение. Кайл растормошил задремавшего Росса и отвернулся к иллюминатору, рассматривая в густой темноте огни Нью-Йорка.
Самолет заходил на посадку, внизу мигали красные маячки аэропорта имени Джона Кеннеди.
— Как ты собираешься ее искать? — тихо поинтересовался Фостер.
— Надеюсь, в маленькой Одессе не так много мест, где может тусоваться русская мафия, — так же тихо ответил Кайл.
— И что ты собираешься делать? Заявишься туда с вопросом, где Теа?
— Я не знаю, но я должен ее найти. Зря ты полетел со мной. Ты же понимаешь, что могут возникнуть проблемы?
— Ну уж нет, я не могу пропустить такое веселье.
— И ты еще называешь меня чокнутым. Русские слывут еще теми отморозками.
Росс перестал улыбаться и серьезно посмотрел на него.
— Разве не для этого нужны друзья? Прикрывать спину.
Кайл благодарно улыбнулся и отвернулся к окну не в силах совладать с эмоциями.
***
Он рассказал Россу все, пока они ехали в аэропорт. От начала и до конца. Тот слушал, не перебивая, и долго молчал, раздумывая над ситуацией. В молчании они выбрались из такси, уже зайдя в здание аэропорта, перед стойкой продажи билетов Фостер положил руку на его плечо и совершенно серьезно, даже немного сурово, спросил:
— Ты действительно ее любишь? Чувак, ты фактически ее знаешь только пару недель. Похер, что вы знакомы с детства. И вот так взять и влюбиться? Без памяти? Мчаться спасать ее, рискуя карьерой, здоровьем, а может, и жизнью. Это так на тебя не похоже.
Кайл ответил не сразу. Он окинул взглядом людей, курсирующих по зданию аэровокзала. Тут, вокруг них, разыгрывались целые драмы: горечь расставания и радость встреч, слезы и смех, улыбки, печаль, надежда. Такой спектр эмоций, раньше Кайл не обратил бы на это никакого внимания, но сейчас все, происходящее вокруг, стало важным. Он словно увидел окружающий мир по-новому, как будто бродил много лет во тьме, а теперь прозрел.
— Да, я люблю ее, несмотря на то, что знаю всего пару недель. Я ведь всерьез думал улететь еще перед игрой. И если у нас все получится, и Теа захочет остаться в Нью-Йорке, я уйду из команды.
Росс не сводил с него взгляда, а потом, отпустив плечо, произнес:
— Я лечу с тобой.
— Ты не обязан.
— Чувак, у тебя поломана рука в двух местах, и ты собираешься в таком состоянии вызволять прекрасную даму из беды. Тебе явно нужна помощь.
Кайл даже не мог передать, насколько ему была важна поддержка друга. Он был невероятно благодарен Россу, что тот не стал его отговаривать или осуждать, а просто был рядом, готовый идти с ним хоть к дьяволу.
***
Самолет мягко коснулся взлетной полосы, стал снижать скорость, подруливая к «рукаву» терминала.
У выхода Кайл сразу выхватил в толпе растрепанную макушку Черрил. Она была без макияжа, с красными от слез глазами и смахивала сейчас на шестнадцатилетнего подростка, а не на воинственную «валькирию», которой предстала в первую их встречу.
Он представил Росса, пока они шли к машине.