* Jay Sean - Ride It.
**в матчах плей-офф Кубка Стенли турнир на выбывание, в котором команды играют серии матчей до четырёх побед.
***домашняя арена «Нью-Йо́рк А́йлендерс».
**** один из цветов формы «островитян».
****** тактика игры в атаке, особенностью которой, является вброс шайбы форвардом в зону атаки из средней зоны, после которого партнёры нападающего производят резкое ускорение с целью обогнать защитников соперника в борьбе за шайбу.
*******хоккейные перчатки, защищающие кисти рук, кистевые суставы и нижнюю часть предплечий игрока при ударах клюшкой по рукам, попаданиях шайбы.
Карфаген должен быть разрушен
Утреннее небо было раскрашено всеми оттенками серого: от нежно серебристого до темно-сизого. На горизонте клубились тяжелые облака, казалось, они висят так низко, что способны зацепиться за крыши манхэттенских небоскребов, ломая шпили и антенны.
Нью-Йорк с самого утра заливало дождём, из-за чего их рейс в Денвер был отложен.
Кайл допил сок, поставив стакан на столик, и щелкнул пультом телевизора. Листая каналы, он пытался найти какой-нибудь фильм, желая «убить» те несколько часов, что у него появились. Несмотря на бурную ночь спать совершенно не хотелось.
Отложив пульт, он снова подошел к окну.
Бейли любил нью-йоркскую весну: за цветение сакуры в Ботаническом саду Бруклина, за буйство зелени в Центральном парке, за волнующую атмосферу радости, что царила вокруг.
Иногда ему не хватало всего этого, хотелось, плюнуть на все, прилететь сюда на недельку и гулять, гулять, гулять, вдыхая этот невероятный живительный воздух.
Губы растянула озорная улыбка, он подхватил сумку и направился в номер их менеджера.
— Том, я пойду прогуляюсь, — увидев удивленный взгляд, который Винтура кинул в залитое водой стекло, Кайл не, удержавшись, рассмеялся. — Не переживай, не растаю. Я приеду сразу в аэропорт.
Он оставил в его номере свою сумку, забрав оттуда только куртку с капюшоном, и направился к лифтам, насвистывая под нос Френка Синатру.
Таксист высадил его возле Метрополитен музея, и Кайл неспешно брел по Пятой авеню среди моря блестящих зонтов вдоль Центрального парка, буквально впитывая в себя энергетику города. Он знал здесь каждый закоулок: Замок Бельведер, бронзовую скульптуру Алисы в Стране Чудес, статую пса Балто, причудливый фасад Дакоты, Собор Святого Патрика, Музей Гуггенхейма и еще пару десятков мест, где он любил гулять еще ребенком.
Впереди показалась Башня Трампа, дальше виднелся Нью-Йоркский музей современного искусства, а за ним его конечная цель — Рокфеллеровский Центр, где несмотря на не прекращающийся дождь во всю прогуливались туристы, глазея на магазины.
Улыбнувшись, Кайл прошел сквозь высотные здания и оказался у дверей небольшой пекарни. «Магнолия» с её знаменитыми капкейками*. Внутри негде было протолкнуться, выстояв очередь, Бейли взял себе кекс с нежно-зеленым фисташковым кремом и обжигающе-горячий чай. Сумев втиснуться у мраморной стойки, он поставил стаканчик и, с наслаждением поедая лакомство, вдруг почувствовал себя дома, несмотря на толчею и гомон переполненной кафешки.
Дождь тем временем прекратился, сталь небоскребов засияла, умытая весенним ливнем, добавляя городу необъяснимую торжественность.
Кайл прогулялся до Таймс сквер и, повинуясь какой-то необъяснимой потребности, поднял руку ловя такси. Сев в салон, он назвал водителю адрес дома, в котором был последний раз четыре года тому назад.
***
Форест-Хилл располагался в самом центре Куинса и представлял собой типичный район проживания среднего класса. Уютные улицы, ухоженные домики, широкие лужайки с парковками и викторианский стиль в архитектуре.
Но у Кайла с этим почти сказочным местом были связаны плохие воспоминания. Именно здесь решил поселиться его отец с новой семьей.
Он смотрел в окно машины, на проплывающие мимо дома, и не мог понять зачем приехал сюда.
Да какая ему разница, что происходит с девчонкой?
Ну, захотела она стать стриптизершей. Ему какая печаль?
Теа Андерсон для него никто.
Кайл уже почти передумал и открыл рот, чтобы попросить таксиста отвезти его в аэропорт, но вдруг из-за поворота появилась знакомая крыша, и слова костью застряли в горле.
Машина притормозила у живописного тупичка, и Кайл рассматривал через окно знакомо-незнакомый пейзаж: красную черепицу, темные стены, огромные окна эркеров, завешенные изящными занавесками, шаровидные кроны деревьев, покрытые капельками воды и филигранно выстриженные кусты живой изгороди.
За ними виднелась пластиковая качель и розовая крыша игрушечного детского домика