А затем медленно и лениво кивнул на свой член, по-прежнему возвышающийся между бедер. Игнорируя Алину, которая предпочла заткнуться и с интересом наблюдать за моей реакцией, мой экзекутор повторил громче, раскатистей:
- Подойди и стань на колени, Лизонька! Ты моя шлюха, а значит обязана повиноваться и выполнять мои приказы.
Дрожь волнами прошлась по коже. Я неотрывно смотрела в черные блики зрачков в маске.
Остались только мы вдвоем с Аресом.
И он приказывал мне, требовал подчинения. Его доминирование в сексе между нами стало нормой с первых дней. И вот настал день, когда мне предстояло сделать выбор.
Либо я гордо хлопаю дверью и сбегаю прочь. Оставляю Ареса с Алиной и пытаюсь забыть этого эгоистичного надменного мужчину, ставшего лишь на короткое время моим.
Либо я выбираю путь подчинения. Следую его требованиям и не просто принимаю измену, а становлюсь соучастницей оргии. Но тогда есть шанс, что Арес будет еще какое-то время со мной.
Возможно, переступив черту, я окончательно разочаруюсь в наших отношениях и смогу уйти от него. Вырваться из капкана жестокого зверя...
***
По взгляду Ареса я поняла, что он не сомневался в моем решении. Я оглянулась по сторонам в поисках эфемерной возможности спастись. Мой взгляд натолкнулся на мониторы от камер слежения. Они уже были прикреплены на стене справа от меня, показывали обзор всего клуба и захватывали вечернюю улицу.
Я сопоставила факты, ведь я еще радостно махала в объектив камер, когда вошла в Грех. Конечно, Арес знал, что я иду к нему в кабинет! Он прекрасно видел меня на изображении с камер.
Он специально заставил Алину делать ему минет именно тогда, когда я пришла в кабинет. Ведь он мог прогнать эту сучку еще до того, как я обошла барную стойку в зале.
Но нет. План Мадаева был глубже и коварнее. Он хотел, чтоб я застала их за горячим.
А сейчас он хотел прогнуть меня... Или прогнать!
Конечно, он все дни бесновался. Пытался затушить в себе чувства ко мне, унижая - возвышал. Шлепая по заднице во время нашего безумного секса, тут же целовал и зализывал покрасневшую кожу, жестко трахая мой рот, тут же алчно зацеловывал губы...
И сейчас, цель всего происходящего для меня стала ясна, как солнце в полдень.
Арес мечтает от меня избавиться, но не может совладать с тягой, которую испытывает.
Когда я работала стриптизершей в его клубе, то насмотрелась на разные развратные оргии. Чего уж строить из себя несчастную родственницу, я давно не девственница. Хоть и тот день на восемнадцатилетие я мечтала забыть.
И вот, сейчас у меня был выбор, снова стать брошенной жертвой или пойти навстречу своему мужчине. Его член я видела ни раз, он меня возбуждал и восхищал до безумия.
Алина же оказалась шлюхой, которая попала между мной и Аресом. Она никто и ничто для нас. Антураж, игрушка для секса.
Раз Мадаев хочет треша и разврата, то как бы безумно это не звучало, но это правильно, что он обратился ко мне.
Все происходящее я решила воспринимать, как наше обоюдное желание разнообразить секс и лишиться комплексов. Если Арес перейдет грань допустимого, я всегда смогу уйти.
Он мне нужен, я это ощущала всеми фибрами души.
***
Когда я сделала первый несмелый шаг навстречу, Арес удивленно приподнял бровь. Тут же совладал с эмоциями и снова его лицо в маске приобрело оттенок равнодушия и самоуверенности.
Мускулистая смуглая грудь вздымалась при каждом его вздохе всё чаще. Как бы он не старался держать внутреннего зверя в узде, я видела, что смогла поразить его.
Следующие шаги я сделала смелее, стараясь не смотреть на белобрысую суку в ногах Мадаева…
Наверное, именно так как я наивные души попадают в хитро расставленные капканы искушения, в лапы самого грешного демона! И при этом испытывают безумное возбуждение от скандальной ситуации...
Глава 4
- Шевелись, Лизонька! На колени, - добавил грозно Арес.
Неотрывно глядя в мое лицо и наслаждаясь моим смущением, он словно специально сильнее провоцировал меня. Расселся в кресле поудобнее, раскинул шире ноги и провел сжатым кулаком по своему члену. Алину он больше не держал за волосы. Сучка сама замерла, как горгулья на крыше оперного театра в ожидании полночной ведьмовской мессы.