Дэнни заметил, что, если геолог сидел в кафе, Индиана выпивала свой капучино у стойки и тотчас же уходила: сесть за другой столик значило обидеть клиента, но и терять время на разговоры тоже не хотелось. На самом деле эти разговоры скорее походили на допросы — Брунсвик спрашивал о каких-то банальных вещах, а она отвечала, думая о своем: в июле ей исполнится тридцать четыре года, она в разводе с девятнадцати лет и ее бывший муж — полицейский; она побывала в Стамбуле и всегда хотела съездить в Индию; ее дочь Аманда играет на скрипке и хочет взять котенка, потому что старая кошка умерла. Брунсвик слушал ее с необычайным интересом, а она зевала исподтишка и думала, что этот человечек живет, словно окутанный туманом: смутный образ на выцветшей акварели. И вот пожалуйста, он тут как тут, на дружеской ноге с ее родными, играет с Амандой в шахматы, обходясь без доски и фигур.
Д’Анджело познакомил отца и дочь Индианы с ее пациентом. Гэри подсчитал, что деду и внучке придется ждать по меньшей мере час, пока Индиана закончит возиться с собачкой, и, заключив из слов матери, что Аманде нравятся настольные игры, предложил ей партию в шахматы. Они уселись перед экраном, и Блейк засек время по часам с двумя циферблатами, которые всегда клал в карман, когда ходил куда-нибудь с Амандой. «Эта девчонка способна играть одновременно с несколькими противниками», — предупредил Блейк Брунсвика. «Я тоже», — ответил тот. Он и в самом деле оказался более хитроумным и напористым игроком, чем можно было бы предположить по его робкой повадке.
Скрестив руки на груди, сгорая от нетерпения, Индиана высматривала, где бы присесть, но все столики были заняты. Наконец в углу заметила человека — смутно знакомого, хотя и непонятно откуда, погруженного в какое-то карманное издание — и попросила разрешения присесть за его столик. Ошеломленный, он вскочил так резко, что книга упала на пол. Индиана подобрала ее, то был детективный роман некоего Уильяма К. Гордона; она уже видела эту книгу среди многих других, хороших и плохих, какие скопились у отца. Лицо у мужчины приобрело цвет баклажана, как это бывает с рыжими, когда они смущаются; он указал Индиане на свободный стул.
— Мы раньше встречались, правда? — спросила Индиана.
— Не имел удовольствия быть представленным, хотя мы и пересекались случайно несколько раз. Я — Сэмюэл Гамильтон-младший, весь к вашим услугам, — чопорно ответствовал тот.
— Индиана Джексон. Извините, что помешала вам читать.
— Вы ничуть не помешали мне.
— Уверены, что мы не знакомы? — настаивала она.
— Уверен.
— Вы работаете где-то здесь?
— Иногда.
Так они болтали ни о чем, пока Индиана пила кофе и дожидалась, когда освободятся ее отец и дочь, что и случилось через десять минут, потому что Аманда играла с Брунсвиком на время. Партия закончилась, и, к изумлению Индианы, этот червяк выиграл у ее дочери. «Я должна отыграться», — сказала Аманда Брунсвику на прощание, уязвленная, потому что привыкла выигрывать.
Старинный ресторан «Сердце Италии», основанный в 1886 году, славился настоящей итальянской кухней, а еще тем, что в 1926 году стал сценой кровавой разборки между гангстерами. Итальянская мафия собралась в большом зале насладиться лучшими в городе спагетти, выпить хорошего контрабандного вина и поделить между собой штат Калифорния. Встреча протекала в теплой, дружественной атмосфере, пока одна группировка не извлекла на свет божий пулеметы и не перестреляла соперников. Через несколько минут двадцать с лишним криминальных авторитетов валялись на полу, а ресторан обратился в руины. От этого неприятного инцидента осталось одно воспоминание, но и его хватало, чтобы привлечь туристов: они являлись, влекомые болезненным любопытством, отведать спагетти и сфотографировать место преступления, пока дом не сгорел, после чего ресторан перенесли в другое место. В Норт-Бич ходили упорные слухи, будто жена владельца облила пол бензином и подожгла, чтобы досадить неверному супругу, но страховая компания не смогла этого доказать. В новом «Сердце Италии» мебель была сработана на славу, но атмосфера осталась прежней: огромные картины с идеализированными видами Тосканы, фаянсовые вазы с росписью, искусственные цветы.