— Что ты говоришь!
— Да, причем самым необычным образом. Представь себе: миссис Эштон получила по почте пакет, где была книга и носки ее мужа. Пакет на почте прошел через множество рук, а на содержимом нет отпечатков пальцев: либо посылку отправляли в перчатках, либо все было тщательно протерто.
— Что за книга? — спросила девочка.
— Роман «Степной волк», его написал немецкоязычный швейцарский писатель Герман Гессе. Это классика, книга была опубликована в тысяча девятьсот двадцать восьмом году, еще до прихода нацистов к власти. Психолог из нашего департамента изучает ее, ищет какой-то ключ, подсказку. Иначе зачем ее послали Айани?
— Ты не думаешь, что все три преступления мог совершить один человек?
— Какие преступления ты имеешь в виду?
— Папа, единственные интересные преступления, которыми мы располагаем: Стейтон, супруги Константе и Эштон.
— Что ты такое говоришь, детка! Между ними нет ничего общего.
— Все три убийства произошли в Сан-Франциско.
— Это еще ничего не значит. Серийные убийцы выбирают жертв одного типа, обычно имеют сексуальную мотивацию и действуют одинаково. Жертвы этих преступлений совершенно разные, способ действия отличается, и орудие убийства не одно и то же. Весь департамент работает над этими делами.
— По отдельности? Кто-нибудь должен свести их воедино.
— Я свожу. Но эти дела не связаны между собой, Аманда.
— Послушай меня, папа: не упускай из виду возможность того, что здесь орудует серийный убийца. Такие преступления встречаются нечасто.
— Тут ты права. Большинство убийств, которые нам приходится расследовать, — разборки между преступными группировками, драки, наркотики. Последний серийный убийца в здешних местах — Джозеф Нассо, его обвиняют в том, что он убивал женщин между тысяча девятьсот семьдесят седьмым и девяносто четвертым годами. Ему семьдесят шесть лет, его будут судить в графстве Марин.
— Да, в моем архиве это есть. Нассо отказался от адвоката, будет защищать себя сам. Он не раскаивается в том, что совершил, даже гордится этим, — сказала Аманда. — Если и наши убийства совершил один и тот же человек, думаю, он тоже этим гордится и оставляет знаки, или подсказки, чтобы пометить свою территорию.
— Так в учебнике написано? — усмехнулся инспектор.
— Погоди-ка, это у меня здесь. — Аманда поводила пальцем по мобильнику. — Вот послушай: в большинстве случаев серийные убийцы в Соединенных Штатах — белые, от двадцати пяти до тридцати лет, хотя бывают и представители других рас; принадлежат к среднему или низшему классу, действуют в одиночку, ищут психологического удовлетворения, в детстве страдали от отсутствия заботы, сексуального насилия или эмоционального давления, имели проблемы с законом: кражи, вандализм. Они — пироманы и садисты, мучают животных. У них низкая самооценка, отсутствует эмпатия по отношению к жертвам, то есть они — психопаты. Иногда это безумцы, страдающие галлюцинациями, они верят, будто Бог или дьявол повелевает им уничтожать гомосексуалистов, проституток, людей другой расы или религии. Сексуальная мотивация, которую ты упомянул, включает причинение страданий и увечий жертве — это им доставляет удовольствие. Например, Джеффри Дамер пытался превратить трупы убитых им мужчин и мальчиков в зомби, буравил им череп, обливал кислотой, даже практиковал каннибализм, чтобы…
— Хватит, Аманда! — вскричал Боб Мартин, побледнев.
— Еще одна деталь, папа…
— Нет! Я все это знаю, нам об этом рассказывали в академии, но тебе о таком не пристало говорить.
— Пожалуйста, послушай. Есть одна деталь, которая выбивается из общего ряда. У большинства серийных убийц низкий умственный коэффициент, они малообразованны. А я думаю, что в нашем случае действует человек блестящих способностей.
— Причем это может быть и женщина, хотя и с меньшей вероятностью, — проговорил Боб Мартин.
— Вот именно: моя крестная.
— Селеста? — изумился отец.
— Чтобы сбылось пророчество, чтобы доказать, что звезды не ошибаются, — подмигнула девочка.
Главный инспектор надеялся, что тяга дочери к преступлениям скоро пройдет: ведь прошло же увлечение драконами, застенками и вампирами. В этом уверяла и психолог Флоренс Леви, которая наблюдала Аманду в детстве: Боб Мартин только что консультировался с ней по телефону. Это, полагала она, всего лишь очередное проявление ненасытного любопытства девочки, еще одна интеллектуальная игра. Как отца, его беспокоило это новое времяпрепровождение Аманды, но как детектив он лучше, чем кто бы то ни было, понимал, как завораживают преступление и наказание.