Но, несмотря на все доводы рассудка, я все равно свернула в коридор, пытаясь убедиться, что с ним все в порядке. Идиотский поступок. И далеко не последний за эту ночь…
По коридорам я бежала, наплевав на то, что в полумраке могу споткнуться. В ушах шумела кровь и рев разгорающегося пожара, который доходил из здания электростанции, но я все равно расслышала выстрел, который прогремел близко… Слишком близко. Нужно было разворачиваться и бежать отсюда со всех ног, но вместо этого я только прибавила скорости, не поменяв направление.
Почти добежав до развилки, соединяющей три коридора, один из которых был тупиковым, я увидела Райнера. Он забежал за угол, останавливаясь прямо напротив меня в том самом коридоре, из которого выхода не было. Раздался еще один выстрел, а я, пролетев по инерции еще несколько метров, остановилась прямо на середине этого перекрестка, понимая, что стрелок сейчас может легко снести мне голову очередным выстрелом.
— Эмбер? — услышала я голос Купера.
— Шон? — я выпучила глаза, пытаясь сделать максимально испуганное и потерянное лицо. Впрочем, сильно стараться мне не пришлось, оно примерно таким и было. При этом краем глаза я следила за Райнером, который стоял в тупике, смотря на меня с легким испугом и даже какой-то злостью. Деваться ему было некуда. — Бери меня в заложницы, — прошипела я сквозь зубы, пользуясь тем, что Купер был достаточно далеко.
Александр прекрасно меня расслышал, но исполнять приказ не спешил. Он нахмурил брови, поджал губы и упрямо мотнул головой.
— Ну же! Давай быстрее, придурок! — продолжала я его уговаривать, наблюдая, как Шон приближается.
— Эмбер, уходи отсюда, — приказал надзиратель.
Еще секунда игры в гляделки с Райнером, и я не нашла ничего лучше, чем тяжело выдохнуть и спрятать лицо в ладонях, начав имитировать истерику. Нужно признать, что внимание я к себе привлекла. Купер посмотрел на меня с раздражением, а Александр с удивлением.
— Да бери же ты меня уже в заложницы, — почти неслышно шепнула я между всхлипами, когда охранник приблизился уже настолько, чтобы понимать — самостоятельно Райнер от него не уйдет в любом случае.
Но вместо того, чтобы послушать меня и выбрать единственно верный в этой ситуации вариант, он только сильнее сжал губы и поднял руки. Шон уже почти поравнялся со мной. Теперь я стояла между ним и Александром.
— Эмбер, отойди, — приказал Купер, но я не отреагировала, продолжая всхлипывать и вздрагивать всем телом.
Поняв, что толку от меня не будет. Надзиратель сам отодвинул меня, нацеливая пистолет в голову Александра.
— Стой! — я положила руку на плечо Купера. — Не надо.
— Он попался на попытке побега, — оскалился охранник. — Я могу с чистой совестью его пристрелить.
— Пожалуйста, не при мне, — взмолилась я. — Ты же видишь, он сдается. Надень на него наручники и хотя бы выведи в другой коридор. Я… я не могу идти сама. Ноги не держат. А если я это увижу… — я не закончила, начав снова захлебываться в рыданиях.
— Да черт тебя дери, Эмбер! — взревел Купер и обратился уже к Райнеру. — Руки за голову, спиной ко мне, — рявкнул он.
Александр подчинился, а я ждала, когда Шон начнет надевать на него наручники. Вот он подошел к нему на расстояние вытянутой руки, бегло осмотрел, проверяя, нет ли у этого заключенного при себе сюрпризов, а затем достал наручники, опуская пистолет.
В этот момент я неслышно шагнула к нему, достав из кармана шприц, который всегда был у меня с собой наготове. С самого первого дня моей работы в этом малопривлекательном месте.
— Прости, — одними губами шепнула я, втыкая иглу в руку надзирателя.
Секунду он еще находился в сознании и даже повернул голову, посмотрев на меня с нескрываемым удивлением, а затем пошатнулся и осел на пол.
Я застыла, глядя на тело у моих ног. Разум еще не осознавал того, что я натворила. Шприц выпал из ослабевших пальцев. Но надолго уйти в себя мне не позволили. Александр шагнул ко мне, грубо взял за плечи и слегка встряхнул.
— Ты что творишь?!
— Тебя спасаю, идиот! — на смену растерянности пришла злость, которая вылилась на Алекса.
— Молодец! Поздравляю! Ты вляпалась! Что ты вообще здесь делаешь?
Разговоры не мешали Райнеру действовать. Он забрал пистолет у охранника, быстро проверил ближайшую камеру и, убедившись, что она пуста, затащил его внутрь.
— Карл заболел. Пришлось остаться, — пояснила я.
Впрочем, ему было плевать на мой ответ. Кажется, он меня уже вообще не слушал.