Ева собирается первой. В нетерпении она постукивает ногой, стоя возле входной двери и комкая вязаную шапку в пальцах. Увидев Криса, она собирается пройтись по его расторопности, но вместо этого начинает смеяться.
— Что? — с удивлением спрашивает он.
На Крисе надеты обычные тёмно-синие джинсы, серая толстовка, капюшон которой накинут на голову, а поверх чёрная кожаная куртка. И тёмные солнцезащитные очки.
— Я думала, мы на прогулку идём, а не супермаркет грабить, — хохочет Ева.
— Меня порой узнают на улицах, — поясняет Крис. — Увидят с тобой, завтра же во всех СМИ как главная новость пройдёт. Лучше не привлекать внимания.
— Солнцезащитные очки в пол-лица в начале марта? Отличный способ не привлекать к себе внимание, — Ева поднимает большой палец вверх.
— Пожалуй, ты права, — соглашается Крис. — Очки лишние.
От главной площади до входа в Центральный парк минут десять неспешной ходьбы. Крис сразу берёт Еву за руку. Улыбается, наблюдая, как она с восторгом крутит головой по сторонам и делает глубокие вдохи. Крис вполне её понимает — самому после недели, проведённой взаперти в её квартире, свежий воздух казался настоящей амброзией.
Не сговариваясь, Ева и Крис направляются в сторону старого дуба. На улице прохладно, подтаявший за день снег в вечерних сумерках напоминает серое покрывало, придавая пейзажу немного таинственный вид.
Ева останавливается, не доходя до дерева пары метров. Осматривается по сторонам, задерживаясь взглядом на безмятежной поверхности пруда, подёрнутой тонкой корочкой льда.
— Вот здесь мы обычно и проводили время с мамой и Ритой, — наконец тихо произносит Ева. — Как же давно это было. Даже не верится, что это не пустая фантазия, — грустно добавляет она.
— Не фантазия. Воспоминание, — обняв Еву со спины, тоже тихо говорит Крис. — В наших воспоминаниях они всегда будут… живыми, — чуть помедлив, добавляет он.
— Почему её фотографии нет среди тех, что стоят на книжной полке в гостиной? — спрашивает Ева, ещё в первый день отметившая пару карточек, на которых уже взрослый Крис запечатлён с Сандрой, Максом и Клэр.
— Отец постарался уничтожить всё, что было связано с мамой, — не сразу, но отвечает Крис. — Всё, что принадлежало ей. У Клэр каким-то чудом сохранилось несколько фотографий. Она передала их мне. Я не хочу выставлять их напоказ. Но тебе покажу, конечно.
— Твой отец… он… он… — Ева не находит подходящих слов, чтобы выразить своё негодование, смешанное с искренним сочувствием. Она разворачивается лицом к Крису, прижимаясь лбом к его плечу. — Я его не знаю, но уже боюсь, — добавляет она.
— Не надо, — Крис сильнее прижимает Еву к себе. — Мне не пять лет. Я не позволю ему навредить тебе.
— Я тебе верю. Верю, — тихо произносит она.
У Криса, кажется, сердце срывается вниз, когда он слышит это еле уловимое: «Верю». Он ощущает, как Ева прикасается пальцами к его щеке, проходясь ими по скуле. Прикрывает глаза, отдаваясь нежданной ласке. Она сама тянется к нему, приподнимаясь на цыпочках, первой припадает к его губам. Целует осторожно, но уверенно, не отстраняясь, когда Крис перехватывает инициативу. Он не спешит превратить поцелуй в более глубокий и страстный, упиваясь той нежностью, что дарит ему Ева, и щедро возвращая её обратно.
Крис ощущает, как по телу Евы проходит волна дрожи. Оторвавшись от её губ, спрашивает:
— Замёрзла?
— Нет. Скорее, наоборот, — смущённо отвечает она.
Они ещё гуляют некоторое время, вместо ужина покупая горячие хот-доги возле входа в парк. Возвращаются домой, немного замёрзнув, потому что с заходом солнца температура опускается на несколько градусов. Крису не хочется отпускать руку Евы. Он боится, что возникшая между ними близость исчезнет и она вновь отгородится от него за стеной привычных сомнений и предубеждений. Но магию разрушает звонок мобильника. По хорошо знакомому рингтону Крис понимает, что звонит Ричи. Вздохнув, берёт трубку, наблюдая, как Ева, сняв верхнюю одежду, уходит к себе. Операция против «Змей» входит в решающую стадию. И до глубокой ночи Крис только и делает, что периодически разговаривает то с Ричи, то с братом, то с отцом.
Утром Крис застаёт Еву на кухне. Она варит кофе, что-то тихо напевая себе под нос. Он уже привычно обнимает её со спины, оставляя лёгкий поцелуй, в этот раз не на щеке, а в изгибе шеи. Ева замирает на мгновение, но не останавливает его. Разливает кофе в две чашки. Обернувшись, протягивает ему одну из них, приветствуя с улыбкой:
— С добрым утром.
— С добрым.
— Как всё прошло? — Ева задаёт вопрос, что волнует её с момента пробуждения. Звонки Коулу и Кайлу остаются без ответа. Ева понимает, что, скорее всего, они просто спят, но окончательно она успокоится, когда точно узнает, что с ними всё хорошо.