— Об этом я подумал в первую очередь, — осознав, что в словах брата нет нового повода для волнения, Крис говорит спокойно, даже расслаблено — выход из сложной ситуации наконец найден. — Оборудование для производства Барни закупал как раз три года назад под те технологии, что чуть позже Раймонд слил Блэквудам. Мы же полностью модернизировали производство в прошлом году. И доступ к новым технологиям строго ограничен, даже Сандра не смогла бы получить информацию. Так что Реджи не узнает ничего нового.
— Отлично! — облегчённо выговаривает Макс. — Думаю, Барни Сандру не сдаст, значит, терпение отца скоро лопнет. Вы же сможете его убедить в том, что во всём виноват Раймонд.
— Главное, чтобы Барни успел сориентироваться в нашем вранье, — задумчиво тянет Крис.
— Успеет, — усмехается Макс. — Он три года успешно занимался контрабандой, мозги у него явно есть. Хотя признаться, Барни меня удивил. Но даже если отец прознает о Сандре, ты всегда можешь охладить его гнев, — добавляет Макс, бросая на Криса многозначительный взгляд.
— Уже не смогу, — помявшись, нехотя говорит Крис.
— Не хочешь ли ты сказать…
— Да, — кивает Крис. — В тот раз, после знакомства отца с Евой, когда он выставил тебя из кабинета… Мы заключили сделку, — подобрав правильные слова, продолжает говорить Крис. — Отец больше не трогает Еву, а я дал слово, что приму на себя единоличное управление семейным бизнесом, как только он решит отойти от дел.
— Вот как… — тянет Макс, с трудом сдерживая разочарование, которое так и норовит проскользнуть в голосе.
— Макс, — Крис ловит взгляд брата и произносит предельно серьёзно: — Ты вспомнил о том, что когда-то мы клялись друг другу быть всегда «заодно». Я же никогда об этом не забывал. Давая слово отцу, я принял решение, что не сдержу его. Когда придёт время, мы станем управлять семейным, — Крис интонацией выделяет это слово, — бизнесом вместе. На равных правах.
— Ты никогда раньше не отказывался от своих обещаний, — не сдержав эмоций, чуть дрожащим голосом произносит Макс.
— Да, — пожимает плечами Крис. — Но отец сам сделал всё, чтобы я впервые нарушил своё слово. И, поверь, совесть меня не замучает.
Становится тихо. Крис первым делает шаг к Максу, а тот вскакивает с кресла навстречу брату, обнимает его — крепко, порывисто.
— Мама как-то сказала, что мальчик становится мужчиной в тот момент, когда отказывается идти по проторенной дороге, решая проложить свой путь, — произносит Ричи медленно, не скрывая довольной улыбки. — Я рад, что сегодня вы — мальчики — наконец стали мужчинами.
*****
Крис старается не шуметь. Прокрадывается в свою же квартиру подобно вору. Как-никак почти четыре утра, и Ева наверняка спит. Раздевается в гостевой комнате, в которой она жила в первые дни, как оказалась у него. Наспех принимает тёплый душ, мечтая поскорее оказаться в постели, обнять Еву и уснуть.
Разговор с отцом дался тяжело. Но, главное, он поверил в предложенную ложь. Сандра в безопасности. Слова Макса растопили раздражение и злость, что начали копиться в душе Криса и к сестре, и к самому Максу. Крис снова поверил, что отношения с ними могут быть по-настоящему близкими. Они через многое прошли вместе, и обязательно справятся с любыми сложностями. Крис ещё поговорит и с Сандрой, и с Максом, но позже. Сейчас же всё, что ему нужно — отдых.
Крис находит Еву в спальне, но не в постели, а в кресле. При взгляде на неё, клубком свернувшуюся под мягким клетчатым пледом, в груди становится теплее. Свет лампы и книга, лежащая на полу, говорят об одном — Ева ждала его, Криса. Пусть он и предупреждал, что вернётся поздно.
Крис расправляет постель. Возвращается к креслу, осторожно подхватывая Еву на руки. Он старается действовать аккуратно, бережно прижимая к себе своё сокровище. Но она всё же просыпается.
— Крис, — доносится до него еле слышно.
Ева открывает глаза. Взгляд у неё сонный, затуманенный. Проводит пальцами по его щеке, словно пытаясь убедиться, что он реален. Обхватывает за шею, утыкаясь носом ему в грудь и делая глубокий вдох.
Крис улыбается. Утром Ева не стала закапывать нос каплями. И Крис в полной мере ощутил на себе, как его запах влияет на неё. В течение дня она то и дело припадала носом к его шее, порой начиная шептать, что его аромат альфы сводит с ума. Втягивала Криса в своё сумасшествие жаркими нетерпеливыми поцелуями, отдаваясь не только телом — душой. И Крису определённо нравится и такая Ева тоже… одновременно нежная и страстная, бесстыдно принимающая его ласки и краснеющая после, когда разум прояснялся. От осознания, что такой Ева была и будет только с ним, Криса вновь накрывает волной эйфории.