*****
Свет в гостиной приглушён. Высокие окна задёрнуты плотными шторами. Ева проходит на кухню, по пути захватив пульт от телевизора. Включив круглосуточный новостной канал, вновь натыкается на повтор их с Сандрой выступления. Заметив, как на экране картинка сменяется и появляется новое лицо, прибавляет звук. Голос корреспондента за кадром поясняет:
— Свою оценку сделанному заявлению даёт глава Комитета Палаты Избранных по уголовному законодательству Итан Уолтер.
Ева слушает приглашённого эксперта, одновременно являющегося высокопоставленным чиновником, с нарастающим беспокойством.
— Хочу обратить внимание на весьма важный аспект, который может быть упущен за информационной шумихой вокруг этого провокационного заявления. Согласно статистическим данным, за последние десять лет количество омег, пытающихся скрыть свою сущность увеличилось почти на семь процентов, — голосом политик выделяет последние слова, придавая тону возмущённый оттенок. — И мы должны работать в двух направлениях. Сделать нейтрализаторы недоступными. И, конечно, ввести уголовную ответственность для тех омег, кто скрывает свою сущность. Заявление мисс Маккормик и мисс Миллер прекрасно показало — такие омеги, как они, понимают, что могут безнаказанно избегать своего долга перед государством…
— Ева.
Голос Криса заставляет оторваться от экрана. Ева оборачивается к нему, часто дыша, пытаясь справиться с волнением, порождённым словами Итана Уолтера. Выпускает из пальцев пульт, который Крис забирает у неё, выключая телевизор.
— Ты слышал, что он говорил? — спрашивает Ева. — Святые Создатели, Крис, что если наше выступление сделает всё только хуже? Я так хочу изменить что-то к лучшему, но этот… этот… — Ева запинается, пытаясь подобрать верное определение.
— Ева, — Крис обхватывает её за плечи. — Я слышал, что он сказал. И, знаешь, его слова обнадёживают.
— Но… — в широко распахнутых глазах Евы застывает выражение искреннего удивления.
— Я услышал, — продолжает Крис, — что с каждым годом в нашей стране увеличивается количество девушек, которые не хотят безропотно принимать навязываемую им роль. А ведь у них есть те, кто помогает им прятаться. Есть друзья и родственники, которые разделяют их взгляды. Уверен, они все поддержат нас.
Ева прикусывает губу, обдумывая слова Криса. Надеется, что он прав. Отступать нельзя, потому она старается забыть о сомнениях. Утыкается носом в грудь Криса, словно пытаясь зарядиться его уверенностью. Крис поглаживает её по спине, пока его пальцы не смыкаются вокруг талии. Произносит, обдавая тёплым дыханием шею:
— На сегодня с нас хватит, Ева. Завтра будет новый день и новый бой. Ночь же оставим для…
Крис не успевает закончить. Трель мобильника прерывает его, заставляя обречённо вздохнуть. Крис вынимает телефон из кармана домашних штанов, по мелодии зная, что звонит Ричи.
— Ты был прав, Крис. Я нашёл доказательства, что документы Евы подделаны, — Ричи сразу переходит к делу, радуя хорошей новостью.
— Что именно удалось раскопать? — Крис отходит в сторону, хотя наблюдая за Евой, понимает, что она и не пытается подслушивать разговор.
— После твоей встречи с доктором Сандерсом я взялся за Центр регистрации новорожденных, как ты и просил. Сейчас коротко. Мне удалось найти копию оригинала свидетельства о рождении Евы. Она действительно родилась девятнадцатого декабря, но годом позже, чем указано в её нынешних документах, — рассказывает Ричи, не скрывая довольного тона. — И более того, кажется, я нашёл ту, кто помог Хлое Миллер подтасовать данные.
— Отлично! Кто она?
— Тогдашний руководитель Центра регистрации новорожденных. Сейчас уже на пенсии. Уверен, она была, как минимум в курсе. Я получил доступ к её банковскому счёту. Нам повезло, она дама консервативная, — усмехается Ричи. — Одному банку уже двадцать лет не изменяет. Пришлось покопаться в архиве. И заметно превысить месячный бюджет…
— Не страшно, — тут же произносит Крис. — Деньги не проблема, ты же знаешь.
— На её счёт было крупное поступление как раз в тот период, когда произошла подмена документов, — продолжает Ричи. — Выяснить источник не получилось — и за давностью лет, и потому, что следы активно заметались.