В какой-то отчаянной попытке не слышать её запах зажимает нос рукой. Рита пытается встать, но болезненный спазм скручивает её, заставляя громко стонать. Запах усиливается, Кайл с отчаянием понимает — ещё секунда, и он вернётся к ней. Взглядом жадно ловит каждое движение Риты, но успевает отвернуться, прежде чем она посмотрит ему в глаза. Пошатываясь словно пьяный, хватаясь одной рукой за стену, второй продолжая зажимать нос, добирается до выхода из гостиной.
Входная дверь распахнута, до неё едва ли наберётся пара десятков шагов. Но Кайл понимает, что не успеет. Его трясёт, бросает в жар, потому что там — за спиной — Рита не просто стонет, повторяет его имя, и ему отчётливо слышится просящая интонация. Кайл удерживает себя от того, чтобы вернуться каким-то невероятным усилием воли. Идти вперёд — к кухне — подобно пытке. Каждый шаг, как по раскалённым углям, каждое движение отдаётся почти физической болью, словно суставы выворачивает в обратную сторону. В полубессознательном состоянии Кайл добирается до кухонного шкафчика. Трясущимися руками шарит по полке, где хранит приправы, желая только одно — вернуться к Рите и взять своё. Взять то, для чего его создала природа, то, чего сейчас требует инстинкт, почти сметая все принципы, почти разрушая его личность до основания.
Две мысли, помогающие держаться: «Я не похож на отца» и «Убрать запах, убрать» сплетаются в голове в горячечный бред. Кайл опрокидывает что-то на пол, осыпает себя чем-то пахучим и терпким. Первый же вдох вызывает зуд в носу, а после второго он начинает чихать. Перед глазами немного проясняется. Кайл понимает, что рассыпал чёрный молотый перец из открытого бумажного пакетика. Раздирает его почти до основания, и делает глубокий вдох, засунув нос внутрь.
Дальше Кайл почти не помнит, как наконец выбирается из квартиры, непрерывно чихая и утирая слёзы, бегущие из покрасневших глаз. Приходит в себя на улице, опираясь о стену рядом с входной дверью. По ней же и сползает вниз, постепенно осознавая, что несколько минут назад чуть не изнасиловал Риту.
Глава 26
Крис сидит в кабинете за рабочим столом, методично постукивая пальцами по столешнице. Раскрытый дневник Хлои лежит чуть в стороне, рядом распечатки из Закона о наследстве. Такие же листы держит в руках Ричи, внимательно вчитываясь в текст. В ожидании, когда тот закончит, Крис настолько глубоко погружается в собственные мысли, что не сразу слышит, как Ричи зовёт его.
— Прости, задумался, — извиняющимся тоном выговаривает Крис.
— Заметно, — усмехается Ричи. Но почти сразу становится серьёзным. Кивнув в сторону дневника, произносит, не столько спрашивая, сколько констатируя:
— Ты ей так ничего и не рассказал.
— Нет, — резко выдыхает Крис. — Нет, — повторяет спокойнее.
— Крис, надеюсь, ты понимаешь, что Ева имеет право знать, что на самом деле случилось с её отцом? — осторожно уточняет Ричи.
— Конечно! Я не собираюсь скрывать от Евы правду! Но…
Крис отвечает слишком поспешно, выдавая внутреннее смятение, с которым живёт уже не первый день. И которое тщательно прячет ото всех, особенно, от Евы. Только с Ричи не нужно ничего скрывать. С ним Крис может поделиться и самым сокровенным, и чужой тайной.
— Но? — переспрашивает Ричи. — Почему ты до сих пор не поговорил с Евой?
— Доказательства, Ричи. Я хочу сначала найти признание…
— Не ври мне, Крис. Всё равно не обманешь, — снисходительно произносит Ричи. — Документ, если он существует, мы найдём. Но если нет, то, как говорится, совокупность косвенных доказательств позволяет не сомневаться в правдивости Хлои, — не сводя с Криса пристального взгляда проницательных глаз, Ричи вновь повторяет вопрос: — Почему ты до сих пор не поговорил с Евой?
— Ты же читал дневник, Ричи. Хлоя мне чужая, но её записи… они… — Крис не может усидеть на месте. Встав, идёт к окну, пользуясь паузой, чтобы подобрать верное слово. Наконец продолжает: — Они очень болючие. И пробирающие. Но Ева-то будет читать дневник не чужой женщины, а матери… Ева часто о ней рассказывает, они были очень близки. И стоит мне представить, как Еве будет больно… На неё и так многое свалилось, а ещё и вся эта правда.
— Молчание — не выход, Крис. Насколько я успел узнать Еву, — на губах Ричи появляется тёплая улыбка, — она сильная девочка. Выдержит. И уверен, Ева точно не скажет тебе «спасибо», если узнает, что ты не рассказал ей всё сразу. Ты смог добиться её доверия, но рискуешь его потерять, если продолжишь молчать. Пусть и делаешь это из лучших побуждений.