Крис отвечает не сразу. Задумавшись, по привычке дотрагивается пальцами до подбородка, медленно поглаживая. Предложение Ричи разумно, но Крис понимает, что огласка правды произведёт эффект разорвавшейся бомбы. И он совсем не уверен, что это поможет не только до конца разобраться в сложившейся ситуации, но разрешить её в пользу Евы и Риты. Не говоря о том, что жизнь Евы журналисты окончательно превратят в ад.
— Поговорю с Евой и приму окончательное решение, — вздохнув, говорит Крис. — Пока же приставь и за Евой, и за Ритой своих парней. Но действуют пусть незаметно.
Ричи кивает. Поднимается со стула, собираясь уходить, как в дверь раздаётся осторожный стук. В проёме появляется секретарь Криса, в руках сжимая папку с бумагами.
— Мистер Маккормик, знаю, вы просили не беспокоить, но пришли те самые документы…
— Да, — Крис обрывает секретаря, жестом подзывая к себе. — Спасибо, — благодарит девушку. Папку Крис открывает, дождавшись, когда они с Ричи вновь останутся одни. Улыбнувшись, довольно произносит: — Вот и ещё один кусочек пазла, — мельком взглянув на первый документ, протягивает его Ричи, поясняя: — Оригинал настоящего свидетельства о рождении Евы. Ещё и Ритин достал. Хотя у неё по датам вроде всё сходится с тем, что помнят и Ева, и Санд… Чума меня раздери! — неожиданно восклицает Крис, поперхнувшись на полуслове.
— Что? — обеспокоенно вскидывается Ричи.
Крис отдаёт ему второй документ. Тянется за мобильником, одновременно выговаривая:
— Хлоя всё же поменяла Рите дату рождения. Но всего на несколько дней. И настоящий день рождения… — Крис не договаривает. Услышав в трубке ласковое: «Да, Крис», быстро произносит: — Ева?! Ева, послушай…
*****
В растерянности, граничащей с отчаянием Ева перелистывает в мобильнике список контактов. С большим трудом удаётся сдерживать подступающую панику. Машина дёргается, когда Коул резко тормозит на светофоре, и телефон выскальзывает из пальцев. Не выдержав, Ева утыкается лицом в ладони, повторяя:
— Где она? Где? Святые Создатели, Коул, а если она окажется омегой… — не выдержав, Ева издаёт полузадушенный всхлип.
— Медовая, заканчивай панику разводить! — Коул резко осаживает Еву. Знает эту её особенность — терять голову от одной мысли, что Рите может грозить опасность. — Точно всех обзвонила? У мелкой же куча друзей, может, зависла у кого-нибудь после школы.
Коул понимает, просто успокаивать Еву бессмысленно. Это в детстве слова «Всё будет хорошо» работали подобно заклинанию. Но они уже давно потеряли свою силу, выдохлись, сдулись, как воздушный шарик. Слишком много дерьма они расхлебали вместе. Потому Коул даже не пытается врать, говоря, что ничего страшного не случилось и «всё будет хорошо». Лишь старается занять Еву делом, по опыту зная, что так она быстрее возьмёт эмоции под контроль.
— Да, да, ты прав, конечно, прав, — наклонившись, Ева шарит рукой под ногами, нащупывая телефон.
— Я тебя оставлю с Кайлом, — между тем продолжает Коул. — Сам подниму парней. Набери снова водителю. Поговори ещё раз. Мелкая же любит пиздеть по делу и не очень. Уверен, что-нибудь про свои планы на день, пока он её до школы вёз, вполне могла разболтать. Но сначала успокойся.
Коул паркуется у тротуара, наплевав на запрещающий знак. Ева открывает дверь, но не успевает выйти, слыша, как за её спиной Коул выдыхает:
— Какого хуя?!
Коул выскакивает из машины раньше, чем Ева успевает отреагировать. Ничего не понимая, переводит взгляд к дому, в сторону которого бежит Коул. Замечает Кайла, сидящего на ступенях. И сама срывается следом.
Ева останавливается у первой ступеньки. Делает нерешительный шаг вперёд, но снова замирает, поражённая тем, как выглядит Кайл. Он сидит, привалившись плечом к металлическим местами проржавевшим перилам. Дышит часто, рвано. Вокруг носа Ева замечает какую-то чёрную пыль. Глаза Кайла закрыты, но по щекам стекают слёзы. Кайл подносит руку к лицу и чихает несколько раз подряд.
— Брат? — Коул, очнувшись от шока, поднимается к Кайлу. Сглотнув, спрашивает: — Что блять приключилось, пока нас не было?
Ева, сбросив с себя оцепенение, взбегает вверх по ступенькам. Кайл открывает глаза, переводит взгляд сначала на Коула, потом на Еву. Не сдержав испуганного возгласа, она опускается перед Кайлом на колени. Осторожно кончиками пальцами прикасается к его щеке. Ощущает резкий запах чёрного перца. Но больше всего её поражают его глаза: покрасневшие, воспалённые, с припухшими веками. И в них столько боли… Еву как будто ледяной водой окатывает от понимания — произошло что-то по-настоящему страшное.