Коул выходит из комнаты. Несмотря на все заверения Евы, чувство вины продолжает выедать внутренности. Он же — сам! — практически своими руками привёл Истинного Евы в её квартиру. Хотя по прошествии двух-трёх дней успокоился, вернее, Ева его успокоила, сказав тогда, что Крис не доставляет ей проблем. Вот только этот богатый сучёныш уже всё знал. А хуже всего, что не будь Маккормик Истинным Евы, то Коул, определённо, мог бы сказать, что он ему по нраву. Да и появился он со своим предложением о сотрудничестве очень вовремя.
Коул находит Криса на кухне. Тот сидит за барной стойкой, беседуя с кем-то по телефону. Увидев Хантера, он жестом указывает ему на стул с другой стороны стойки, одновременно завершая разговор:
— Хорошо, отец. Я понял. Завтра в десять буду у тебя в офисе.
Крис кладёт мобильник на столешницу, поднимает на Коула вопросительный взгляд. Хантер стоит в паре шагов от стойки, сложив руки на груди и буравя Маккормика тяжёлым взглядом. Открывает рот, явно собираясь высказать Крису пару «ласковых», но тот опережает его:
— Руки, ноги, яйца — всё вырвешь с корнем и засунешь мне в задницу, если я наврежу Еве, — с усмешкой произносит он. Коул кивает, а Крис продолжает: — Не наврежу, — говорит серьёзно, но спокойно, давая понять, что невысказанные угрозы Хантера его совсем не пугают. Вздохнув, спрашивает: — Пиво будешь?
Коул, подумав, делает шаг к стойке, соглашаясь:
— Давай.
Крис достаёт из холодильника пару бутылок «Будвайзера». Сняв крышки, протягивает одну из них Коулу. Некоторое время они сидят молча, потягивая холодный напиток. Но постепенно разговор завязывается вокруг самой актуальной темы — «Змей» и том плане, что предстоит реализовать в ближайшие пару недель.
Коул уходит ближе к полуночи. По пути к себе Крис останавливается у двери, ведущей в комнату Евы. Прислушивается, стараясь понять, спит она или нет. Сомневаясь в правильности своего поступка, всё же толкает осторожно дверь в желании проверить — заперто ли? На губах появляется улыбка, когда она открывается.
Крис сразу замечает Еву, лежащую на кровати. Она никак не реагирует на его появление, да и тихое размеренное дыхание говорит само за себя — Ева спит. Спит, оставив дверь в комнату открытой. И понимание того, что всё произошедшее за этот долгий день не убило в ней окончательно то доверие, что с таким трудом ему удалось завоевать, окрыляет. Крис проходит осторожно вглубь комнаты, попутно выключая «большой» свет и оставляя горящей лишь напольную лампу. Замирает, разглядывая спящую Еву. Видимо, она и сама не заметила, как уснула, потому что лежит поверх покрывала, одетая в джинсы и майку.
Крис опускается на корточки возле кровати, любуясь Евой. Она спит на боку, сложив руки у груди и подобрав колени к животу. Крис и сам не вспомнит, откуда знает название этого положения — поза эмбриона. Кажется, об этом говорили в одном из утренних телешоу, в которых ведущие любят трепаться на самые несуразные темы. Помнится, там утверждали, что в такой позе спят те, кто подсознательно ищет защиты. И Крису безумно хочется обойти кровать с другой стороны, осторожно лечь рядом с Евой, обнять бережно, чтобы пусть сквозь сон, но подарить ей ту заботу и нежность, в которых она так нуждается.
Нужно уходить, чтобы с ним не получилось так, как тогда с Евой, когда он проснулся от её лёгкого прикосновения к своей щеке. Потому что ему было в радость увидеть свою неприступную Истинную, сидящую подле и любующуюся им украдкой. Она же испугается. Но как же сложно оставить её одну! Крис смотрит на расслабленное лицо Евы, чуть подрагивающие ресницы, губы, которые он с таким упоением целовал утром… Ева в его квартире… Одновременно и не верится, и кажется таким правильным. И неважно, чем обусловлен душевный трепет — инстинктом, чувствами или всем вместе — Крису плевать, по большому счёту. Главное, что Ева, которая ему безумно нравится, Истинная, спокойно спит в его квартире. Жаль, что пока не в его постели, но эту оплошность он исправит в ближайшее время. Потому что всё станет по-настоящему правильным, когда по ночам он будет обнимать Еву, уткнувшись носом ей в шею, ощущая её настоящий запах. И Крис очень надеется на то, что она не решит уйти от него, потому что отчётливо понимает, что не сможет сдержать обещания: никуда он Еву не отпустит — ни с Кайлом, ни с Коулом, ни с кем-либо ещё. Он альфа, она его омега. Они Истинные. И Крис совершенно точно уверен, что они — Истинные, между которыми нечто большее, чем просто влечение, замешанное на инстинкте.