— Моя машина за домом, — сказал Дэвид, доставая ключи. — Ну, что? Мартышки или бейсболисты?
— Обещайте, что я получу автограф Дарена Вильямса, питчера.
— Все, что пожелаете, Мэтти, — сказал Дэвид. Схватив ее за руку, он бросился к выходу. — Все, что пожелаете.
Никаких микрофонов. Никаких камер. Никаких холостяков.
Кроме Дэвида.
Мэтти давно не наслаждалась ощущением свободы. Когда за ними закрылась дверь, она ощутила чувство вины. Как в восемнадцать лет, когда ушла из дома, но и тогда это было правильное решение.
Вероятно, она бы выдержала — ведь это последний день. Уйти теперь — просто безумие. Деньги так близко! Но Мэтти была уверена, что ей удастся сгладить последствия, и все получится. А сейчас ей нужна передышка.
— Я думаю, что уже поздно беспокоиться о неприятностях, — заметила она, садясь рядом с Дэвидом.
Повернувшись к ней, он улыбнулся.
— Мы попали в беду с самого начала.
Когда они выезжали, Мэтти увидела, что Лариса стоит на ступеньках, размахивая руками и что-то крича им вслед.
— Хотите вернуться? — спросил Дэвид. — Это ваш последний шанс.
Мэтти подумала, что ей предстоит провести весь день с мужчинами, которых она едва знает, — очередной фарс перед камерами. Она рискует пятьюдесятью тысячами, но, возможно, ей удастся завязать полезные контакты с бейсбольной командой.
Кроме того, шоу не может лишить ее денег, если она выберет мужчину. Свою часть сделки она выполнит. Позже.
— Прибавьте газу, Симпсон, — сказала Мэтти. Дэвид охотно повиновался. Открыв окно, Мэтти с наслаждением подставила лицо свежему летнему воздуху. Вот ее стихия — простор и солнце!
Спустя пятнадцать минут на панели вспыхнул желтый свет. У Дэвида вырвалось ругательство.
— Бензин закончился.
Мэтти фыркнула.
— Ну вот. Старая уловка.
— Нет, это правда. У меня барахлит бензиномер. Иногда он не показывает расход бензина.
Дэвид вышел из машины, и Мэтти присоединилась к нему.
— Я не совсем готова к такой длинной прогулке.
— Да, в этих туфлях… — он усмехнулся. — Хотя они мне нравятся.
— Телезрителям, очевидно, тоже. — Мэтти закатила глаза. — Сегодня утром Лариса сказала, что моя обувь вызывает самый большой интерес.
— А что еще?
— Мужчина, которого, по мнению телезрителей, я должна выбрать в конце шоу.
— И кто лидирует?
Мэтти заколебалась.
— Вы. По словам Ларисы, у вас высокий рейтинг. Очевидно, вы пользуетесь успехом у женщин. — Она достала из сумки кроссовки, поставила их на землю и сняла босоножки.
— У всех?
Мэтти посмотрела на руку Дэвида, лежавшую на капоте. Так легко прикоснуться к ней, почувствовать, как его пальцы сжимают ее ладонь.
Она вспомнила чувство безопасности и покоя, которое ощутила в аквапарке, когда прижалась к его мускулистой спине.
Но, несмотря на все ее попытки, он отказывается открыть ей свою душу. Мэтти убрала руку, наклонилась и начала надевать кроссовки.
— Не думаю, что все женщины в Лофорде смотрят шоу, как бы продюсерам ни хотелось этого.
— Меня не интересуют все женщины в Лофорде, — сказал он, наклоняясь и беря Мэтти за подбородок. Ей пришлось поднять на него глаза. — Мне важно ваше мнение.
— Для чего вы участвуете в этом, Дэвид?
— Чтобы выиграть.
— Меня? Деньги? Или что-то еще?
— Больше нет ничего. — Его глаза затуманились.
— Почему-то я не верю вам. — Мэтти принялась зашнуровывать вторую кроссовку, предпочитая не смотреть Дэвиду в глаза. Внезапно она испугалась, что увидит в них жажду денег.
— Вы полагаете, что у меня есть скрытый мотив?
— У меня, во всяком случае, есть. Я здесь ради лиги, не ради себя.
Мэтти выпрямилась и стряхнула воображаемую пыль с юбки.
Дэвид воспользовался моментом, чтобы придвинуться к ней.
— Любовь вам не нужна? Ничуточки?
Ничуточки? Если быть честной, ей нужна огромная любовь. Как долго она живет в одиночестве, не поверяя никому, кроме Хиллари, своих истинных чувств, желаний и потребностей?
Мэтти Грант в совершенстве овладела искусством отдаваться работе, без которой ей казалось, что время тянется бесконечно и его нечем занять.
Но сейчас она собиралась рискнуть и заполнить его мужчиной, которому не вполне доверяла.
— Я не ищу любви, — сказала Мэтти, хватая с капота босоножки только для того, чтобы держать что-нибудь в руках. — Просто…
— Что, Мэтти? Что? — Дэвид прикоснулся к ее щеке с такой нежностью, что на мгновение Мэтти показалось, что она не безразлична ему.