Гарольд даже не заметил, как в Большой зал вошла женщина со строгим выражением на лице, а вслед за ней колонна первокурсников. В руках женщина держала свиток.
- Сейчас я буду называть ваши имена, услышав свое, вы проследуете к стулу, - дама указала на табурет возле себя. - И я надену вам на голову Распределяющую шляпу, она и определит вас на факультет, который станет вашим домом на ближайшие семь лет, - сказав это, преподавательница окинула строгим взглядом притихших первокурсников. Развернув свиток, дама начала по списку зачитывать фамилии студентов.
- Гарольд Поттер-Цепеш, - провозгласила она, выразительно смотря на парня.
Все разговоры в зале в раз прекратились, повисла звенящая тишина.
Вампир под любопытно-недоверчивые взгляды проследовал к табурету и с опаской уселся на него. Тот жалобно заскрипел, но выдержал и не рассыпался на щепки. Секунда заминки, и вот на его голову опустилась Распределяющая шляпа.
Молчание… А затем Гарольд услышал негромкий голос у себя в голове. Как оказалось, шляпа могла не только говорить, но и читать мысли того, на ком была надета. Поттер насторожился, ему не хотелось, чтобы этот головной убор прочитал его воспоминания и доложил Дамблдору.
«Я вижу у вас неплохой ум, - прозвучал голос. – У вас есть тяга к знаниям. Еще амбиции… Вы хотите стать великим… Куда же мне вас определить, - создалось такое впечатление, что шляпа задумалась. - Решено, - последнее, что услышал в своей голове вампир, прежде чем артефакт провозгласил свой вердикт на весь зал.
- Рейвенкло! - громко выкрикнула Распределяющая шляпа.
Поттер снял головной убор и передал его преподавательнице. Сам же двинулся к столу под сине-серебряными знаменами и изображенным орлом на гербе. Тут некстати Гарольд вспомнил о своем питомце, которого по наставлением Дафны еще по прибытию в Хогсмид отправил в замок, подальше от греха.
Все четыре факультета ему оживленно аплодировали, но больше всех конечно рейвенкловцы. Менее радостно хаффлпаффцы и совсем вяло аплодировали слизеринцы и гриффиндорцы.
«Видимо, рассчитывали, что я попаду на их факультет», - догадался Поттер.
Среди слизеринцев он увидел свою невесту. Та сидела между Малфоем и Паркинсон и хмурилась. Дафна так была уверена, что Гарольд попадет на Слизерин, а тут такой облом. Нет, захоти оказаться в оплоте змей, Поттер мог бы попросить шляпу отправить его туда, ведь, как он понял, выбор стоял между Слизерином и Рейвенкло и в конец пал на последний факультет. Но не стал этого делать по одной банальной причине: от студентов Слизерина ждут, что они пополнят ряды Пожирателей, вступят под знамена Волан-де-Морта. Гриффиндорцы их лютые соперники займут противоположную фракцию, и присоединятся в борьбе во славу Света под предводительством Дамблдора. От факультета с желто-черными знаменами тоже в большей части ожидают, что они поддержат политику Альбуса Дамблдора. И лишь от рейвенкловцев ничего не ждут. С их факультета выходили как светлые лорды, так и темные. Факультет противоречий… Здесь ценится ум и мудрость. Именно из-за этого орлы не спешат относить себя к какой-то фракции и держат нейтралитет. Слишком умны, чтобы присоединится к Дамблдору и увидеть мир только в двух красках: чёрной и белой. И слишком мудры, чтобы склонить голову перед Волан-де-Мортом, отдавая свой род ему в служение и запятнывая себя презренным тавром в виде Черной метки.
- Привет, - доносится до вампира мелодичный женский голос. Вынырнув из своих мыслей, он поворачивается к говорившей и сталкивается взглядом с кареглазой брюнеткой азиатской внешности. Та мило ему улыбается. – Я - Чжоу Чанг, - представилась та.
- Гарольд Цепеш, - ответная любезность.
- Как тебе Хогвартс? – вопрос прозвучал от парня, сидевшего напротив.
- Еще не определился, - честный ответ. Что касаемо замка, то он поражал своим величием и красотой, а вот относительно преподавательского состава и студентов, Поттер пока ничего не мог сказать. Вроде все вели себя дружелюбно.
- Терри, отстань от него, - пожурила парня Чанг. – Он только первый день в Хогвартсе.
- А что… Я просто так спросил, - оправдывался тот, кого назвали Терри. - Кстати, я – Терри Бут. Будем знакомы, - рейвенкловец озорно улыбнулся.
- Ты же Гарри Поттер? – прозвучал нелепый вопрос от какого-то второкурсника. Мальчишка покраснел под взглядом холодных изумрудных глаз.
Все, кто услышал вопрос, вопросительно смотрели на Цепеша, не скрывая своего любопытства.
- Я предпочитаю, чтобы меня называли Гарольдом, - последовал ответ, после, минуты молчания.
- А почему? – еще один глупый вопрос, теперь от девчонки с младших курсов. – В «Пророке» было написано, что ты пропал куда-то.
- Не пропал, а выехал заграницу, - Поттера начал раздражать этот допрос, но он старался держаться стойко. У него была заготовлена история на такой случай. – Меня усыновил один человек, - на последнем слове Гарольд запнулся, многозначно смотря на слушавших его отповедь, - и, принимая меня в свой род, дал другое имя и фамилию своего рода.
- А-а-а, - послышались вздохи удивления.
- Так, хватит его расспрашивать, - послышался строгий мужской голос.
- Мне не трудно ответить, - проговорил Гарольд, мысленно молясь всем Богам, чтобы ему больше не задавали столь нетактичные вопросы. Но Боги его не услышали…
- А это правда, что ты помолвлен с Дафной Гринграсс?
Многие взгляды вновь метнулись в сторону Гарольда. Некоторые девчонки смотрели на него с сожалением, а парни одобрительно.
- Да, - короткий ответ.
Поттеру показалось или Чжоу Чанг на самом деле была опечалена этим фактом, как и две ее подружки.
***
После распределения первокурсников, которое Гарольд благополучно проигнорировал, последовала речь директора. Старик говорил, что настали темные времена и все должны объединиться, дабы выстоять. А затем начался сам пир.
- А что это за песочные часы стоят на тумбах в холле? – задал интересующий его вопрос Гарольд, попутно разделываясь с отбивной. Есть ему не хотелось, но и сидеть и просто пялиться в потолок от скуки он не мог.
- Это для баллов, что зарабатывает факультет. Вместо песчинок в них - драгоценные камни цвета факультета: рубины в гриффиндорских часах, жёлтые топазы — в хаффлпаффских, сапфиры — в наших, и изумруды — в слизеринских, - последовал ответ от Терри. – Чем больше факультет зарабатывает баллов, тем больше становится камней в нижней части часов.
- А зачем вообще это нужно? – удивился такой системе вампир.
- Ну, как же… В конце года идет подсчет баллов и факультет, у которого их больше, получает Кубок школы.
- Пф, - презрительное фырканье. – И всего-то… Я-то думал вам хоть какое-то поощрение дают. Скажем, денежную компенсацию или приятные бонусы.
- Нет, - насупился Терри. – Здесь такого не практикуют.
- Жаль. Это стало бы для некоторых стимулом, трудиться на благо факультета.
Все выглядели удивленными от таких слов.
- А что, ты прав, - наконец-то раздался голос одного из старшекурсников. – Только вот директор никогда такого не позволит.
- Тогда я ни вижу никакого смысла в баллах, - беспрекословно заявил вампир.
- А ты странный, - насупился Бут.
- Ты мне говоришь сегодня это второй.
- А кто был первым? – вопросительный взгляд.
- Малфой, - услышав фамилию слизеринца Бут поморщился. Как Гарольд догадался, тот не особо ладил с белобрысым.
Вновь повисло молчание.
- А где ты жил раньше?
Ответить Поттер не успел. Со своего места поднялся Альбус Дамблдор и, пожелав всем спокойной ночи, вынудил всех спеть школьную песню. В зале зазвучали сотни голосов. Каждый пел на свой лад и мотив, так что не было ничего удивительного, что все превратилось в кашу.
«Идиотизм», - про себя отметил Гарольд. Многие из однокурсников его мнение разделяли.
- А сейчас всем пора по своим кроватям, - это послужило сигналом и студенты повскакивали со своих мест, устремляясь к выходу. Первыми дверь на абордаж решили взять гриффиндорцы, вслед за ними поспешили барсуки. Только рейвенкловцы и слизеринцы проявили чувство такта и не стали толпиться, а чинно подождали пока толпа рассеется.