– А как у тебя дела, Сандра? – спросил Кристиан.
Она пожала плечами, затем достала трубку и кисет.
– Мои дела не таковы, чтоб о них рассказывать… Пристойно было бы, если б священник стал болтать о делах своих прихожан? А ко мне ведь приходят по тем же причинам, что и к священнику. – Она с наслаждением затянулась.
– И что ты все время куришь? – сказал Кристиан. – Совсем тебе это не идет.
– А меня, видишь ли, не заботит, что мне идет, а что нет. У меня голова не так устроена. – Она встала. – Спасибо за обед. Пойду готовить снасти.
Изготовившись, она уплыла куда-то на лодке, а Кристиан с Амандой до вечера занимались каждый своим делом и ужинать сели вдвоем. Стол стоял в летней кухне, откуда хорошо были видны освещенное луной озеро и темный лес. Накрыв на стол, Аманда вытащила заветную бутылку.
– Ты как-то говорил, что водки не любишь. Так я нашла бутылку вина.
Кристиан не стал отказываться, но, когда она наполнила его кружку, спросил:
– А ты?
Аманда похолодела. Сандра ни словом не обмолвилась, можно ли ей самой пить зелье. Наконец она пробормотала:
– Разве что самую малость…
Выпив кружку, Кристиан посмотрел на озеро.
– Хорошо здесь, здорово красиво. И как хорошо сидеть так, только вдвоем…
Аманда засмеялась.
– Мы не совсем вдвоем – Сандра где-то поблизости. Но она, наверное, до утра не появится. Она всегда так, когда приезжает: или все время на озере, или ставит лодку – и сутками в лесу.
– И как она не боится?
– А ты разве боишься?
– Во-первых, я – мужчина, а во-вторых, у нее и ружья-то нет.
– Вообще-то ружье у нее есть, – сказала Аманда, вспомнив карабин, висевший на стене у Сандры, и тут же прикусила язык. Она не хотела проговориться, что была там. – Но ты прав, Сандра часто ходит на охоту без ружья. Она немного тронутая…
Вдвоем они прикончили ужин и бутылку с зельем. И на озеро больше не смотрели, а только друг на друга. И в дом они ушли, взявшись за руки.
– Я раньше никогда не был с женщиной. Прости.
– И я раньше никогда не была с мужчиной. Так что мы квиты.
И больше ничего не было слышно в доме, только перешептывание и смех.
Сандра сидела в лодке, курила и следила за снастями.
Когда утром они проснулись, снаружи кто-то возился. Кристиан тут же рванулся за ружьем, но приостановился.
– Это на кухне. Чужой бы в кухню не пошел.
– Если это отец, будет хуже, чем чужой. – Аманда быстро натягивала платье.
Кристиан приоткрыл дверь, посмотрел.
– Там Сандра… у плиты.
Сандра управлялась со сковородкой и кофейником. Волосы у нее были мокры, видимо, она успела искупаться. Заслышав шаги Аманды, она махнула ей рукой.
– Привет. А я решила не есть даром ваш хлеб. Жарю рыбу, которую наловила ночью.
– Я тебе помогу, – сказала Аманда, стараясь не смотреть ей в лицо. Следы вчерашнего ужина были убраны со стола, исчезла и зеленая бутылка.
– Булавку вернуть? – тихо спросила Сандра.
– Нет.
Через несколько минут уже Аманда спросила:
– И что теперь будет дальше?
– Как – что? Он тебя любит?
– Да. Он так говорит.
– Ну, насколько я его знаю, теперь он на тебе женится.
– А что мне дальше делать?
Сандра пожала плечами.
– Откуда мне знать? Это уж тебе решать. Или ты думаешь, что все время буду стоять у тебя над душой?.. И сахара для кофе у тебя нет. Хорошо, что я с собой привезла.
За завтраком Аманда и Кристиан помалкивали, говорила одна Сандра, в основном о рыбалке.
– Я никогда не ловлю рыбы больше, чем могу съесть за один раз. Только ближе к осени, когда надо вялить на зиму…
– Ты долго собираешься пробыть здесь?
– До завтрашнего утра. С рассветом уплыву.
Вечером Сандра сказала Аманде:
– Я буду ночевать на берегу. Ты знаешь, я не люблю летом спать под крышей.
Для очистки совести Аманда поинтересовалась:
– А как же каторжники?
Сандра как-то странно посмотрела на нее, потом ответила:
– Думаю, они не появятся.
Аманда ушла в дом, а Кристиан остался на крыльце. Аманда разделась, легла в постель и стала ждать. Но, когда Кристиан вошел в комнату и сел на постель, она отодвинулась, прошептав:
– Ты что, с ума сошел?
– В чем дело? Ты меня больше не любишь?
– Там же Сандра!
– Она на берегу.
– А если она услышит?
– Ей до нас нет дела. У нее голова не так устроена. Она же тронутая…
В середине зимы в дом Сандры постучал человек, который туда никогда раньше не приходил. Ему было велено войти. Сандра сидела у очага и что-то строгала ножом.