А я осталась сидеть на скамейке, пытаясь унять бурю, поднявшихся во мне эмоций.
Зайдя домой поздно вечером, я увидела знакомую пару кроссовок у нас в коридоре. У Влада были гости – его лучший друг Костя. Обычно, я старалась не попадаться на глаза своему сводному брату и его друзьям. И сейчас, поступила точно также: бесшумно сняла кеды и на цыпочках пошла в сторону своей комнаты.
- Ты где была? – от неожиданности я вздрогнула.
- Тебе какое дело, где я была? – развернувшись, я встретилась лицом к лицу со своим сводным братом. Его взгляд был жестким и холодным, как лед.
- А может я переживал? – его ухмылка, вызывала дрожь.
- С каких это пор ты за меня переживаешь?
Он придвинулся на два шага ближе ко мне, потом еще на два.
- Ну я же твой старший брат. Я должен о тебе заботиться, - еще два шага. – Нести за тебя ответственность.
- Я - совершеннолетняя.
- Верно, совершеннолетняя, - его колючий взгляд блуждал по моему телу. Еще два шага вперед. Он был так близко, что я почувствовала запах алкоголя.
- Подойдешь ближе и я закричу, придурок, - огрызнулась я. Мои ноги напряглись, в голове зашумело, я готовилась к побегу.
- И кто тебя услышит, кукла? Кто тебе поможет? Как там в твоих романах: «она так ненавидела его, что готова была отдаться по первому зову»? Или «она нестерпимо хотела его, но не подавала виду»? – еще два шага и он на расстоянии миллиметра. Меня затошнило от запаха: смесь сигарет, алкоголя и мятной жвачки. Затошнило от запаха и… нахлынувших воспоминаний. – А может: «она крутилась перед ним как уж на сковороде, от чего ее юбка задиралась все выше, оголяя стройные ноги»? - горячая рука Влада легла мне на бедро, сжимая ткань кожаной юбки.
- Не смей, - прошипела я и попыталась сбежать, но Влад крепко схватил меня за руку, чуть не выдернув ее из предплечья. На глазах выступили слезы от жгучей боли.
- Ты такая же как твоя мать, - его шипение заставило мое сердце на секунду остановиться.
- Отпусти ее, - в коридоре появился Костя, он просто стоял и равнодушно смотрел на нас. – Она не стоит твоих будущих проблем. Пойдем лучше в World of Tanks сыгранем. А то мне скуууучно, - последнее слово парень насмешливо протянул и нарочито зевнул.
Влад медленно отпустил мою руку, другая рука соскользнула с бедра. Его взгляд пылал яростью. Таким я его еще никогда не видела.
- Ты пьян, придурок! - крикнула я ему вслед.
На пороге своей комнаты сводный брат оглянулся на меня.
- И что ты сделаешь? Пожалуешься на брата мамочке? Или папочке? – его слова ядом проникали в мои вены. – Им на тебя плевать. Как, впрочем, и мне. – Дверь с шумом захлопнулась, оставив меня с моей болью и воспоминаниями одну в коридоре.
«Ты такая же, как твоя мать!» - сказал Влад. И другой голос, более взрослый, более грубый, голос из воспоминаний повторил: «Ты такая же, как твоя мать!»
Тогда точно также смешался запах алкоголя, сигарет и мятной жвачки. Он окутывал меня с ног до головы. Я не могла выбраться. Я не могла кричать. Я не могла плакать. Я не могла сопротивляться… «Ты так похожа на свою мать…»
Нельзя, нельзя вспоминать!
«Тебе никто не поверит… Ты так похожа…»
Я сползла по стене на пол, сдерживая рыдания. «Никто…»
Пытаясь преодолеть приступ тошноты, я медленно доползла до ванной. «Никто…»
Глава 4
Утром я проснулась с ужасной головной болью. Казалось, что огромные тиски сжимают мой череп со всех сторон. В висках стучало, в носу свербило, горло горело огнем. Я попыталась встать, но пол поплыл у меня под ногами, и я рухнула обратно на кровать. «Здорово. Еще заболеть мне для счастья не хватало. Зато теперь у меня унисон души и тела: паршиво как снаружи, так и изнутри.»
Воспоминания о вчерашнем вечере нахлынули неожиданно, я уже не знала, что лучше – головная боль или тошнота зазвучавших в моей голове слов. «Ты такая же, как твоя мать…»
Черт побери! Да что этот придурок вообще о себе возомнил. Мои руки непроизвольно сжались в кулаки. Я представила как с размаху бью кулаком в нос своему сводному брату, как он в испуге зажимает его, а кровь все льется и льется по его подбородку, капает на пол… Он усмехается, убирает руку от лица и облизывает кровавые губы.