- Это все на что ты способна, принцесса? Разбить мне нос? Ты такая же, как твоя мать! Никчемая! Никому ненужная! Абсолютно бесполезная! Ты можешь делать только одно… Ты способна только на это…
Лицо Влада приближается ко мне все ближе. Его рот искривляет звериный оскал. Красивые черты лица медленно превращаются в страшную клоунскую маску. Он смеется. Грубо. Громко. Смех превращается в лай. А кровь заливает уже пол вокруг нас. Не может быть так много крови. Это же просто нос. Но она поднимается до щиколоток, я пытаюсь переступить, сдвинуться с места, но не могу. Меня будто парализовало. Лицо НеВлада уже в миллиметре от моего. Смех громкий… Такой громкий, что я…
Просыпаюсь.
Это был всего лишь сон. Бред чистой воды. За стенкой слышен смех Кости. Он вчера остался у нас с ночевой, и, наверное, только благодаря ему, я больше ни разу не столкнулась со своим сводным братом за оставшийся вечер.
«Надо встать и выпить какую-нибудь таблетку,» - мысли путаются в моей голове. Пот течет по спине, когда я пытаюсь приподняться на локтях. Сил нет абсолютно. Тело трясет от озноба. И тут мой взгляд падает на прикроватную тумбочку.
Эту тумбочку много лет назад мы выбирали вместе с мамой. Обошли сто миллионов мебельных магазинов и не могли найти ту самую, которая бы мне подошла. Ту, от которой сердце бы на секунду замерло и забилось вновь. От которой в душе был тот самый щелчок – «это она». Но такой тумбочки не было. Ее не существовало. Я уже была готова сдаться и купить первую попавшуюся, пока мы с мамой не наткнулись на один винтажный магазинчик на самом краю нашего городка. Настолько необычного места я не встречала никогда. Китайские фигурки кошечек стояли в вперемешку с советскими ватными игрушками. Музыкальные пластинки валялись как попало в простом деревянном ящике из-под овощей. Стальные кровати с пружинными каркасами были завалены фарфоровыми куклами, куклами Барби из 80-х годов, плюшевыми старыми игрушками. Резная кровать из красного дерева с поеденными молью балдахинами служила подставкой для старинных платьев с объемными юбками и тяжелыми корсетами. Казалось, что это место просто склад винтажных вещей, куда без разбора привозили все, что только можно было найти. И именно там стояла она – тумбочка моей мечты. Маленькие колесики, деревянные ящики, каждый из которых имел свой цвет и был прибит немного в стороне от другого. Она была такая неуклюжая и странная и так напоминала меня саму, что на душе у меня щелкнуло - «это она». Мы с мамой смогли купить ретро-тумбочку фактически за бесценок, так как оказалось, что магазин обанкротился и нужно было распродать остатки.
- Но с одним условием, - продавец был похож на старого шарпея – маленький, весь в складках и морщинах, а глаза – самые добрые, что я когда-либо видела у людей. – Я продам вам эту уникальную винтажную бесценную тумбочку с одном условием. Вы ее никогда больше никому не продадите и не отдадите. Согласны? Никогда не продадите, не отдадите, не передарите, не перекрасите и вообще не измените ее внешний вид. И никогда. Слышите, никогда не откроете нижний ящик.
Конечно же я была согласна на все, даже на самые странные условия, лишь бы заветный предмет интерьера стал моим.
И вот на этой самой тумбочке (не изменивший свой внешний вид за много лет и с вечно закрытом нижним ящиком) стояли стакан воды и упаковка таблеток.
Я опустилась обратно на кровать, протерла глаза и вновь приподнялась, посмотрев на тумбочку. Стакан с водой, так же, как и таблетки не исчезли.
Но кто мог их туда поставить? Мама с отчимом были на какой-то конференции в другом городе. Сама я точно не приносила ни стакан, ни таблетки. «Неужели Влад? Он заходил ко мне? Надо научиться закрывать дверь на замок. Давно пора! Особенно после… Забудь, Женя! Забудь… Влад не просто заходил, но и увидел, что мне плохо? И принес таблетки? Бред. Он бы никогда обо мне не позаботился… Или?»
Я с шумным выдохом села на кровати, с трудом дотянулась до таблеток, проглотила их и запила водой. В висках все также стучало, тиски продолжали сдавливать череп, а руки дрожали от слабости. «Пожалуй я еще немного посплю.» И опустившись обратно на кровать я погрузилась вновь в объятия Морфея.
Сквозь сон я услышала, как открылась дверь. Кто-то очень тихо подошел ко мне. Теплая ладонь опустилась на мой лоб. Я попыталась открыть глаза, но веки будто налились свинцом. Морфей не отпускал. Кто-то провел нежно ладонью по моим волосам. Я услышала дыхание возле своего уха и почувствовала, как что-то теплое прикоснулось к моей щеке. Поцелуй, легкий, как прикосновение перышка. Тот, кто зашел в комнату, меня поцеловал. Затем дыхание стало отдаляться. Кто-то забрал стакан с тумбочки и тихо вышел, притворив за собой дверь.