Мы были грязные, израненные, загнанные. Но мы были живы. И мы были вместе. И этот странный, скреплённый кровью и доверием союз, оказался крепче любой стены. Мы только что прошли первое боевое крещение. И вышли из него не жертвой и спасителем. А напарниками.
А впереди была дорога. И новая, ещё более опасная глава нашего бегства. Но теперь я знала — я не сломаюсь. Потому что у меня в руках был нож. А рядом — человек, который научил меня не бояться им пользоваться.
ГЛАВА 13: ПРИЗРАКИ В РИТМЕ
От лица Егора
План был отчаянным. Абсолютно безумным. И потому — идеальным. Чтобы исчезнуть, нужно было стать призраком. А чтобы стать призраком, нужно было вернуться туда, где тебя точно не будут искать. В самое пекло. В самое яркое, громкое, пахнущее дорогим парфюмом и ложью место.
В «Zero».
Мы пробирались к городу три дня, крадучись на попутках, ночуя в самых вонючих придорожных мотелях под видом дальнобойщика и его «подруги». Моя рана воспалилась, начала ныть тупым, горячим огнём, но я заглушал боль таблетками из аптечки и ледяной решимостью. Катя молча ухаживала за ней, её пальцы, которые ещё недавно бегали по клавишам гармони, теперь были твёрдыми и точными, как у хирурга.
На четвертый день мы стояли на крыше заброшенного здания в промзоне, глядя на огни центра Москвы. Отсюда, как на ладони, был виден зеркальный шпиль «Zero».
— Ты уверен? — её голос был спокоен, но я слышал в нём напряжение стальной струны.
— Это логово зверя. Он вылизал каждую щель после нашего побега. Но он ищет нас на периферии, в дырах. Не в своём сердце. Там сейчас будут его люди, но они расслаблены. Они охраняют крепость от внешней угрозы, а не ищут крыс в подвале.
— У нас есть подвал?
— Лучше. У меня есть служебный лифт из подземного паркинга в мои бывшие апартаменты. Код не меняли — слишком много людей имело доступ, включая службу доставки. Они просто поставили охрану на этаже. Но лифт… лифт выходит в гардеробную.
— Где нас ждёт новая одежда, деньги и, надеюсь, не автоматчик?
— Надеюсь, — я усмехнулся. — Но на случай автоматчика у нас есть это. — Я похлопал по плоскому кейсу, который нёс. Внутри — два компактных пистолета с глушителями, патроны, граната (на всякий пожарный) и кое-что ещё. Кое-что для особого случая.
Проникнуть на паркинг было проще простого. Охранник у шлагбаума клевал носом перед порносайтом на телефоне. Мы прошли как тени, слившись с очередным BMW, чьи тонированные стёкла скрывали довольную морду какого-нибудь нефтяного наследника.
Лифт. Стальной ящик, пахнущий озоном и страхом. Катя стояла рядом, её плечо касалось моего. Она была в грязных джинсах и моей старой толстовке, волосы спрятаны под кепкой. Но её осанка, взгляд — это была не сломленная жертва. Это была готовая к бою единица. Моя единица.
Лифт мягко остановился. Двери разъехались. Перед нами была тёмная гардеробная. Воздух пах моим старым одеколоном и пылью. Никого.
Я быстро обошёл комнату, проверил датчики движения — отключены. Видимо, охрана решила, что этаж мёртв. Идиоты.
— Быстро, — приказал я шёпотом. — В шкафу слева — чёрные рубашки, брюки, платья. Выбирай что-нибудь… незаметное, но дорогое. Мы не должны выделяться.
Пока она переодевалась, я подошёл к сейфу, замаскированному под зеркало. Ввёл код. Дверца открылась. Внутри — пачки евро, долларов, два новых паспорта (предусмотрительность — моё второе имя), ключи от сейфа в Цюрихе и маленькая, изящная коробочка. Я открыл её. Внутри лежало кольцо. Не то, дурацкое, обручальное. А другое — простое, платиновое, с одним небольшим, но идеальным бриллиантом. Я купил его в день, когда получил приказ на её отца. Ироничный сувенир на память. Теперь он обрёл новый смысл.
Я сунул коробку в карман, забрал деньги и паспорта. Обернулся.
Она вышла из-за ширмы. На ней было простое чёрное платье, которое стоило как хороший автомобиль. Оно облегало её фигуру, подчёркивая каждую линию. Она сняла кепку, встряхнула короткими тёмными волосами. Её лицо было чистым, без макияжа, и от этого — невероятно живым. Она смотрела на себя в зеркало, как на незнакомку.
— Ну что, — сказала она, поворачиваясь ко мне. — Похожа на ту, кто имеет право быть здесь?
— Больше, чем кто-либо, — ответил я честно. Я подошёл, взял её руку, вложил в ладонь один из пистолетов. — Спрячь. На всякий случай. А теперь… пойдём танцевать.
Мы вышли из апартаментов в пустой, освещённый мягким светом коридор. Звук басов, глухой, как сердцебиение гиганта, доносился снизу. Мы спустились по лестнице для персонала, вышли в боковой коридор, ведущий прямо на антресоль клуба.