— Он не парень, — возразила Бреанна. — А больший мужчина, чем Дэн.
— Эй, — пожаловался Дэн. — Что я тебе такого сделал?
Салли бросила на неё злой взгляд.
— Как бы то ни было, — пробормотала она. — Я только хотела тебя поддержать.
Макс закатил глаза и откусил ещё один кусочек цыпленка. Его сёстры не позволили ему съесть спагетти. Запах чесночного хлеба, который также был для него неприкосновенен, не улучшал его настроение.
— Вы должны относиться немного снисходительней к молодому человеку, — сказала его мать, удивляя Макса ещё раз. — Очевидно, он влюблён.
Макс и его сёстры смотрели друг на друга с изумлением и удивлением одновременно.
Николь, единственная сестра, которая едва ли хоть что-то сказала во время ужина, взяла слово:
— У мамы появился мужчина, — сказала она, — его имя Хэнк.
— Николь!
— Перестань, мам. На протяжении всей жизни ты ужасно боялась подпускать чужаков в наш маленький семейный круг. Но когда, в конце концов, ты нашла кого-то, внезапно стало в порядке вещей принимать новых членов в семью. Это так лицемерно.
Ещё больше тишины.
«Постепенно поведение матери начинало приобретать смысл», — подумал Макс. Она хотела, чтобы её дети приняли Хэнка, а взамен прилагала больше усилий, чтобы одобрить их партнёров. Кроме Кари. Его мать, казалось, до сих пор питала неприязнь к женщине.
— У тебя не может быть мужчины, — сказала Джилл своей матери. — Ты должна больше времени проводить со своими внуками и заниматься всеми благотворительными мероприятиями, которые поддерживаешь.
— Повзрослей, наконец, — обратилась Николь к Джилл. — Кроме того, уже слишком поздно. Она спит с этим мужчиной.
Мать Макса раздосадовано положила салфетку на стол, встала и направилась в комнату для гостей.
— Чудесный ужин, как всегда, — сказал Фред, и взял ещё один кусок чесночного хлеба. Свободной рукой он схватил Джилл за локоть, прежде чем тасмогла снова нанести ему удар.
— Я думаю — это здорово, что мама кого-то нашла, — сказала Салли. — Может быть, они съедутся, и для разнообразия, мама, наконец, будет счастлива.
Николь покачала головой.
— Этого никогда не случится.
— Всегда есть вероятность найти любовь во второй раз, — сказала Салли. — Ты и мама, вы просто должны открыться для этой возможности.
Макс посмотрел на часы и задался вопросом, закончится ли этот обед когда-нибудь.
— Мама слишком увязла в своих привычках, — добавила Джилл. — Она думает, что папа был бы разочарован, если бы она снова влюбилась.
— Он ещё жив? — спросила Молли и напомнила Максу о том, что его дочь сидела посреди всей этой драмы и, вероятно, получала психологическую травму на всю оставшуюся жизнь.
— Ладно, — сказал Макс, вскакивая со стула. — Пойдём, Молли. Пришло время, отвези тебя домой к маме.
— Я больше не маленький ребёнок.
— Знаю, но я обещал твоей матери вернуть тебя к семи, — он указал в направлении другой комнаты. — Давай, пойдём и принесём твои вещи.
Глава 16
Спустя пятнадцать минут их поездки Макс решил вывести Молли на разговор, пусть даже это было бы последним, что он сделал.
— Итак, — начал Даттон, — значит, ты попала в основной состав баскетбольной команды?
Молли кивнула.
Он не сводил глаз с дороги, пока говорил:
— Кто ещё в команде?
— Никого, кого бы ты знал.
— Испытай меня.
— Холли Мориси.
— Хм, имя звучит знакомо... Но, можешь спокойной назвать ещё пару имён.
Девочка недоверчиво посмотрела на него, прежде чем ответила:
— Аманда Лайонс.
— Это миниатюрная, маленькая брюнетка, которая из-за своего роста стала первым номером. Я прав?
— Неверно! Она самая высокая девушка команды и является центровым игроком. Это я разыгрывающий защитник.
— Я знал об этом.
Молли даже ни разу не улыбнулась и совсем не двигалась. По крайней мере, она снова была одета в джинсы и футболку. Не то, чтобы Макс имел что-то против платьев и блузок с оборками. Просто он не хотел, чтобы из-за него девочка одевалась красиво. Она просто должна была оставаться самой собой, когда находилась рядом с ним.
— Молли, послушай, — сказал Макс. — Я надеялся, что мы оба могли бы пообщаться друг с другом, пока ты жила у меня. Но ты была там всю неделю, и мы почти никогда не оставались наедине.
Она продолжала смотреть в окно.
— Надеюсь, ты знаешь, как сильно я хочу, чтобы мы лучше узнали друг друга. Понимаю, что ты сейчас сердишься на меня и на свою маму, но я надеюсь, ты не будешь вечно злиться на нас. Если бы я знал, что сказать, чтобы заставить тебя чувствовать себя лучше. Ты, наверное, разочарована тем, что меня не было рядом все эти годы. В любом случае, я уж точно.