Корчагин подумал, что это сон. На ночном небе, высоко над головой, отчётливо виднелась большая медведица, одно из немногих созвездий, известных большинству простых обывателей. Ковш и ручка ковша это только часть туловища и хвост воображаемой фигуры. Представить себе медведя никогда у Глеба не получалось, а сейчас он ясно видел, что передняя часть туловища и морда Медведицы находятся справа от ковша, при этом ручка ковша обращена влево. Они, как и лапы Большой Медведицы, образованы множеством слабых звезд, но в этот миг была понятна не только вся картинка созвездия, но и вырисовывалось некоторое сияние, излучаемое небесными телами. Медведицу Жига использовал для поиска других созвездий и полярной звезды, которую он считал важной для определения сторон света. Если смотреть на Полярную звезду, то лицо будет обращено к северу, за спиной будет юг, направо – восток, налево – запад.
Некоторое время продолжалось блаженное состояние, в котором не было размышлений, сравнений и оценок реальности. Однако, сквозь спящий ум Жига обратил внимание, что картинка обзора маленькая, угол зрения не такой, как обычно. Посмотрев направо, в зауженный тоннель взора, он увидел лежащего неподалёку от него Семёнова, встал, сделал два шага по направлению к нему и ужаснулся! Пришло осознание того, что мужчина в камере спокойно спал, а над головой простиралось звёздное летнее небо. Страх сковал ещё больше, когда Корчагин понял, что у него нет ног, входная дверь вибрировала в такт его дыхания, но руки послушно выполняли любое желание.
«Надо просто умыться», – промелькнуло в голове Глеба.
Обернувшись обратно к спальному месту, он увидел своё собственное тело, лежащее с закрытыми глазами и слегка приоткрытым ртом. При сильном крике уши не уловили ни малейшего звука. Чувствуя в себе небывалую силу жизни и страх смерти, Жига толкнул своё тело, но рука свободно проследовала сквозь него. Звёздное небо пропало, и камеру снова накрыл потолок.
– Не бойся, – он не услышал, а почувствовал поток информации сзади, – тебе удалось перенести сознание в одно из тонких тел. Мы находимся в реальном, существующем мире.
Это был Стоян. Точнее сказать, один из Стоянов. Информация направлялась от того, который завис, оторвавшись на полметра от лежащего на кровати.
– Это мир утвердившегося изначального света РА, первозданных потоков динамической энергии, которые создали нашу вселенную. Последние несколько веков его на земле называют астрал. Суть сего – информация, которую содержат все до единого предметы на земле. Например, физический стол или кровать имеют свои информационные модели, которые ты сейчас тут и наблюдаешь. Порой трудно определить, в каком из тел ты находишься. Тут действуют другие законы и работают другие органы чувств, во всём этом ты разберёшься очень скоро. Ты быстрее реагируешь, чем я думал. – Стоян медленно по воздуху приблизился и улыбнулся. – Чтобы обрести снова свой телесный домик, тебе надо просто пожелать этого, утвердить своё намерение.
Глеб не стал даже пытаться спрашивать, на что он быстро реагирует и не стал отвечать Семёнову на его объяснения. Страстное желание вернуться к привычной для глаз картине мира вызвало световую вспышку, и стало темно. Ещё несколько секунд тело не слушало команды, приходящие из головного мозга. Затем постепенно начала возвращаться чувствительность рук, и Жига приподнялся, отыскав точку опоры. Стоян неподвижно лежал, сложив руки под голову и разрезая воздух протяжным присвистом.
После задержания проблемы со сном стали привычным делом, хотя такого рода вещи привыкания не вызывают ни у кого. Спасало то, что Корчагин относился к тому типу людей, которым четыре часа сна в сутки было достаточно для полноценного восстановления физических сил. Кроме того, служба и работа отточили эту специфику организма, придав ей дополнительные качества, в частности, возможность вставать в любой, заранее запрограммированный в голове, час. Однако полноценный глубокий сон это совсем не то, что приходилось иметь в изоляторе. Временные тяжелые провалы в забытьё чередовались с чутким, на грани сна и бодрствования, состоянием. Часто такое бывает при постоянном употреблении спиртного, отчего в народе появилось шутливая присказка: «Сон алкоголика краток и тревожен». Однажды знакомый психолог даже выписал детективу успокаивающие, но по совету друга Игоря Весёлко пришлось отложить их подальше, чтобы не попасть на очередной крючок привыкания.