Угроза, прозвучавшая в последних словах, подтверждала мою догадку, и я даже пожалел, что здесь нет Стаса, — то-то была бы потеха посмотреть, как они перегрызутся.
— А ты чего теряешься? Валюта есть, пиджак вон шелковый, хоть сейчас в Гонолулу, доллары сшибать.
— Нашел дурака, — не поддержал мою шутку Витек. — Там таких, как я, своих хватает. — И не без злорадства добавил: — Пусть босс едет, может, со своим оксфордским произношением пособие по безработице выхлопочет, а мне и здесь неплохо.
Его рассуждения лишний раз убеждали, что потолок, который он себе отмерил, был несравненно выше, чем у хозяина, которому он служил.
— Хорошо. Вопрос второй: сколько у тебя валюты?
— На пятнадцать тысяч, — без запинки ответил бармен. — Все, что у меня есть. Загонишь дороже, разницу оставишь себе.
Я оторопел. Если б Витек сказал, что у него миллион, я удивился бы меньше. Из всего, что он тут болтал, это было самым поразительным.
— Так что, согласен ты? — занервничал он.
— Подумать надо.
— Ты что, ничего не понял?! — возмутился он. — Некогда думать, он же со дня на день разрешение получит, ищи тогда ветра в поле. Не темни, Вальдемар. — В его голосе появились просительные нотки. — Какая тебе разница, это же беспроигрышное дело, чистая прибыль. Может, тебе два куска мало, так скажи прямо.
Что ж, придется сказать прямо. Он сам напросился.
— Значит, ты даешь мне валюту?
— Ну да!
— Я продаю ее Стасу, отдаю выручку тебе и по-быстрому сматываю удочки, правильно?
— Ну!
— А потом — при таможенном осмотре, например, — твой босс горит синим пламенем вместе со своими чемоданчиками, верно? — Он растерялся и не знал, что сказать. — Нет, ты тут ни при чем. Ты просто стоишь среди провожающих и смотришь, как его уводят под белы руки. Ну и заодно подсчитываешь выручку, конечно. Знаешь, как это называется? Двух зайцев одним выстрелом положить. Только до тебя это никому не удавалось.
— Чего несешь? Чего несешь? — слабо возразил Витек, покрываясь красными пятнами.
— Когда все уляжется, — продолжал я, — ты спокойненько занимаешь вакантное место и прибираешь дело к своим рукам. Оно, конечно, неплохо задумано, только я в этой комбинации лишний. Своди счеты сам. — Я подмигнул. — Привет, босс!
Его лицо налилось кровью. Сейчас он ненавидел меня не меньше, чем своего дружка-соперника.
— Он же тебя как липку ободрал, идиот… — И Витек смачно обложил меня матом.
Самым естественным было бы съездить ему по физиономии, в конце концов я был свободен, почти абсолютно свободен. Но я не стал пачкать руки. Я только удовлетворил свое давнее желание — взялся за бабочку и оттянул ее на себя. Как и предполагал, она держалась на резинке.
Бармен испуганно шарахнулся в сторону, оставив у меня в руках самую живописную часть своего туалета.
— Ты что, шуток не понимаешь? Пошутил я, пошутил…
— Проваливай, шутник, пока я добрый…
Даром я старался — самолюбие у этого типа полностью отсутствовало. Отбежав на безопасное расстояние, он одернул пиджак и как ни в чем не бывало напомнил:
— Смотри не прогадай, времени в обрез. Подумай до завтра. О'кэй? — и, махнув рукой, потопал к одной из стоявших у тротуара машин.
Вполне возможно, к той самой, что была сегодня в переулке. По крайней мере сумма, которую он назвал, в точности сходилась со стоимостью похищенной из «Лотоса» валюты.
Глава 7
1
Пошел пятый день моего пребывания на Приморской.
Пятый и, судя по всему, последний. Сегодня истекал назначенный Стасом срок. Симаков тоже надеялся уложиться в одни сутки. Лично же для меня этот день обещал стать едва ли не самым тягостным из всех предыдущих.
Мои товарищи в поте лица работали над сбором доказательств, я же был обречен на бездействие. У меня имелась информация, но не имелось разрешения передать ее по назначению.
Взвесив свои урезанные до минимума возможности, я пришел к печальному выводу, что единственная польза, которую могу принести, — это аккуратно фиксировать факты, с тем чтобы включить их потом в рапорт, который независимо от обстоятельств должен буду представить своему высокому начальству.
Решение далось не без труда, но оно было принято, и я, не откладывая, приступил к делу. Правда, за неимением письменных принадлежностей пришлось ограничиться мысленными заметками.
00 часов 10 минут. На углу улицы Приморской и Курортного бульвара мною замечено такси марки ГАЗ-24, номерной знак 34–80. За рулем находился Т. Шахмамедов. Вскоре после моего появления он уехал.