Мы эти полтора месяца работали если не как каторжные, чтобы часть снова стала боевой, то близко. А как прибыли, почти сразу в бой, всего двое сутки на адаптацию. Тут и в Новый Год вели боевые действия.
В общем, неплохо выходило. В конце февраля, а нас месяц в резерве держали, и снова в бой, был тяжело ранен комполка. Его в тыл эвакуировали, а я две недели командовал полком. Вроде неплохо, хвалили, звёзды майора на погоны упали, и орден «Отечественной войны» первой степени на грудь.
Однако не утвердили, вернулся в замы по строевой. Варяга со стороны прислали. Тоже майор. Только чмошник, как я его назвал. Да за неделю от полка рожки да ножки оставил, кидал в бой без разведки и проверки.
Так что, нас в тыл отправили. Вот только сейчас не сорок первый или сорок второй, следят за такими кадрами, ну и я написал письмо в военную прокуратуру, о неоправданных потерях. Не аноним, подписался.
Так что проверка была проведена, даже поверхностно показало, что я прав был, а полная, быстро отправила того под суд. Сейчас где-то в штрафбате геройствует. Сунули урода на тёплое место, я немало старых знакомцев первого формирования потерял из-за него.
Ему то на людей плевать, за чинами и наградами рвался. Те, кто идёт вперёд, в первую очередь награждают, да не вышло. Правда нового комполка прислали, уже подполковник, вроде ничего. Он нами и командовал пока нас в тыл отправляли.
Один плюс в этой чехарде видел. Я Хрущёва шлёпнул. Он раньше Членом Военного Совета другого фронта был, сейчас Украиной освобождённой рулил, на наш фронт по своим делам прибыл, случайно приметил его, машина застряла в луже, на аэродром ехали, и не смог удержаться.
Снайперская винтовка сработала неплохо, прямо в голову. В госпиталь в тяжёлом состоянии доставили, там и умер. Не люблю я его. Он для развала Союза всё подготовил, остальные исполнили.
Так что март, апрель и май мы в Москве находились, тут и встретили Победу. Второго мая, немцы капитулировали в окружённом Берлине. Союзники до него километров сто не дошли.
Я одним из первых в штабе полка написал прошение об отставке. Хватит, навоевался. Наш полк итак уже месяц как пополнен всем необходимым, но приказа отбыть всё не было, учёба и тренировки шли.
Я продолжал честно воевать, потому что не хотел терять то, что честно заработал. Да и жить в Союзе имея медаль ГСС, довольно почётно, и я это точно заработал в полной мере. Поэтому и не думал менять личность и воевал до конца. Не зря похоже. На семь дней война раньше закончилась. Уже неплохо. Мне в Союзе душевно комфортно, особо я и не стремлюсь за границу. Что я там не видел? Такая же разруха и люди не наши. Захочу побывать наскоком, побываю, самолёты есть, но и только. Тут лучше. Вот и держался своей линии поведения. И всё, дождался. Семь дней, каждый день бегал к начштабу, узнать подписали прошение или нет, а тот говорил, приказа пока не было. А тут как оплеуха для меня, приказ полку, грузиться на эшелоны, тот идёт на Дальний Восток. Чёрт, с Японией драться. Так и деритесь, я-то причём?!
– Вот чёрт, – от души ругался я, в присутствии офицеров полка, перед отправкой нашего эшелона со штабом, те в курсе были как я стремился на гражданку. С пониманием поглядывали.
Знаете, везде надо искать свои плюсы и минус. Мы едем на Дальний Восток, а там много что интересного есть, от деликатесов, до японской военки. Я про гидросамолёты. Помню, как итальянский лётчик про них говорил. Мне конечно не актуально, скорее всего деликатесами забью свободное место, но глянуть-то хочется. Да и война будет идти всего несколько месяцев. А не четыре года. У меня чуть больше тонны свободного, в последнее время особисты прижали, больше в самоволки не побегаешь, даже пирожки заказать не могу. Откуда только узнали? Так что качается хранилище, но пока ничего не убираю, обычно трачу. Кстати, свои запасы готовых блюд в тылу ем мало. Это на фронте я ношусь как угорелый, все калории мигом уходят, а тут в тылу вес набирать начинаю. Я оказывается склонен к этому. Нет, предпочитаю стройным быть и стремительным, тренировки запускать перестал. Поэтому в тылу особо запасы не трачу, хватает армейского котла. Поэтому я как-то быстро пришёл в хорошее настроение, всё же плюсы перевесили, пусть и хотел пораньше в Швейцарию метнуться, на второго малыша посмотреть, уже полгода будет, да и вторая из близнецов залетела. У первой живёт активно прёт. Оставил бы в Цюрихе, отработали своё, и новых набрал. А тут такое. Офицеры быстро заметили изменение моего настроения и начштаба спросил:
– Что, уже не расстроен?