— У тебя есть какие-нибудь татуировки? — Парень смотрит на воду у моих плеч, как будто пытается разглядеть сквозь толщу пузырьков мое тело под ними.
— Нет. — Я скрещиваю руки на животе. — Пока для меня нет ничего настолько важного, чтобы навсегда запечатлеть это на своем теле.
— Умно. — Он снова откидывает голову назад и закрывает глаза. — Если бы я сделал татуировку в восемнадцать лет, то сидел бы здесь со словами «твое имя» на моем члене, чтобы я мог использовать его, чтобы подцепить цыпочек.
— Не уверена, что у тебя нет такой надписи на члене.
Он смотрит на меня через пар от воды.
— Я с удовольствием покажу тебе.
— Точно нет.
— Твое упущение. — Он расслабленно откидывает голову на край ванны.
Позади него раздается стук в стену.
— Мистер Кроу?
— Входите, — говорит он, глаза по-прежнему закрыты.
Трое мужчин из обслуживания номеров, несущих подносы с едой, подходят к джакузи.
— Ставьте. Мы позаботимся об остальном.
Они делают, как он велел, и я с благоговеньем смотрю на разнообразие различных блюд — пицца, паста, свежие фрукты, даже блинчики и…
— Канноли?
— Любой вкус на выбор.
Я беру одну, политую шоколадом.
— Включая зубную пасту?
Он хихикает.
— Нет, сегодня без зубной пасты.
Я смотрю на десерт, но колеблюсь.
— Это не зубная паста. — Он прищуривает глаза. — Ты мне не доверяешь?
— Я засунула тебе в рот анальную пробку. Прости меня за излишнюю осторожность в отношении твоего возмездия.
Он откидывает голову назад и смеется, звук омывает меня и вызывает озноб, несмотря на горячую воду.
— У меня во рту бывало и похуже. — Он придвигается к моей стороне ванны, так близко, что его нога касается моей, когда парень тянется за десертом.
— Даже боюсь спрашивать.
— Так и должно быть. — Он подмигивает и откусывает кусочек канноли. — Видишь? — говорит с набитым ртом. — Не зубная паста. Черт, как вкусно.
Я жду, пока он проглотит, прежде чем отважиться откусить. Сливочный центр — это взрыв сладости на моем языке, который разжигает мой голод. Я вылезаю из джакузи, чтобы взять кусочек ананаса и манго… или это папайя? Холодный фрукт в сочетании с теплым паром освежает, и я сажусь на край ванны и ковыряюсь в еде.
— Здесь так много еды, — замечаю я, запихнув в рот черничный блинчик.
— Я не был уверен, чего тебе захочется. — Его голос хриплый, и я задаюсь вопросом, не засыпает ли он.
Лучше съесть все, что смогу, пока он не объявил, что мы закругляемся, и я не упустила свой шанс. Интересно, можно ли взять коробку с едой на вынос? Я стону.
— Это лучший ананас, который я когда-либо пробовала.
— Да ну? — Он придвигается ближе ко мне. — Оставишь кусочек для меня?
Я беру ломтик и протягиваю ему, но парень проталкивает свое большое тело мимо предложенного кусочка, пока его ребра не упираются в мои колени. Его взгляд задерживается на моих губах.
— Что ты делаешь?
Эти светло-карие глаза потемнели от плотского голода.
— Я хочу попробовать.
Даже женщина с таким маленьким сексуальным опытом, как у меня, не может неправильно истолковать его невысказанную просьбу. Я не должна позволять ему целовать меня. И знаю, что лучше не связываться с рок-звездой. Я видела в первом ряду, какой вред они могут нанести.
И все же…
Воспоминания о нашем первом поцелуе преследуют меня. Искушают и дразнят.
Мы уже целовались один раз. Неужели еще от одного будет так уж плохо? Кроме того, для Итана поцелуй — это такая же обыденность, как рукопожатие. Ему не нужно знать, что для меня поцелуй — это предел моего сексуального опыта.
Но…
— Я же сказала, без шуток. — Я едва слышу свой робкий голос за шумом пузырьков джакузи.
Его взгляд темнеет, когда он перехватывает мой.
— Ты видишь, что я смеюсь?
Итан определенно не смеется. Даже не улыбается. Он источает то сексуальное обаяние, когда разум и здравый смысл растворяются, как пепел, и заменяются фантазиями о его губах на моих.
Я облизываю губы и наклоняюсь, давая ему разрешение взять то, что он хочет. Ожидаю, что Итан набросится на мой рот, как в первый раз, но вместо этого парень скользит рукой по моей шее, обхватывает мою голову и приближает наши рты. Прижимает кончик своего носа к моему — нежное движение, которого я не ожидала от такого мужчины, как он. Другой рукой обхватывает мою челюсть. Подушечкой большого пальца проводит по моим губам, как будто проверяя, настоящие ли они. Я тянусь навстречу его прикосновениям, жаждая больших ощущений, которые могут принести только его руки. Итан прижимается торсом к моим коленям, и они раздвигаются, чтобы парень мог придвинуться ближе, пока не устраивается между моими бедрами на краю джакузи.