Ухмыляясь, Эшли садится на диван.
— Так и знала, что тур с вами будет эпическим.
— А где парень из команды, который привел их сюда? — Моя челюсть болит от скрежета зубов. Я в ярости из-за досадного случая синих шаров. — Маленький парень.
Она и Бен качают головами и бормочут что-то вроде «я не знаю», избегая моего взгляда. Лжецы.
Я найду его сам, а потом превращу остаток этого тура в ад для маленького засранца.
ТЕЙЛОР
Мы разбирали сцену в Сент-Поле до трех часов утра, загрузили автобус и трейлеры и ехали более восьми часов до Сент-Луиса. Я втиснулась на свою крошечную койку в автобусе, где попыталась заснуть. Но «Ред Булл» в сочетании с семью другими членами команды, храпящими во все горло, отодвинули сон далеко на задний план. Подъехав к следующей площадке, мы проделали всю процедуру в обратном порядке, чтобы успеть подготовить сцену и оборудование к саундчеку.
В три часа дня я еле держусь на ногах — или, вернее, на заднице, потому что во время короткого перерыва сижу на ней у стены за кулисами.
— Хочешь пить? — Пол предлагает мне колу. Банка уже открыта, так что, должно быть, это его.
— Я чертовски устала, но сердце колотится. Думаю, что исчерпала свою норму кофеина на ближайшие три недели.
Когда позади нас десять футов стены, его выбор сесть так близко кажется интимным, и я проверяю, нет ли поблизости моего отца.
Парень прижимается своим бедром к моему.
— Тебе восемнадцать. Нам не нужно прятаться от твоего отца.
— Ха! — Я натягиваю козырек своей кепки еще ниже на лоб. — Ты знаешь моего отца.
Я беспокоюсь не столько о своем отце. Мы с Полом целовались несколько раз, в основном потому, что мне было семнадцать лет и меня никогда не целовали. Я даже не уверена, что Пол мне так уж сильно нравится, и не хочу, чтобы у кого-то сложилось неверное представление о нас.
Прислоняюсь головой к стене и закрываю глаза.
— Первый день самый трудный. Требуется время, чтобы тело приспособилось.
Поворачиваю голову и смотрю на него. В его голосе звучит нежность, которая мне не нравится. Нежность, которую он использует только со мной. Я не хрупкий цветочек, с которым нужно нянчиться.
— Со мной все будет хорошо. Мне, наверное, пора возвращаться к работе. — Я отворачиваюсь и делаю слабую попытку встать, но не могу заставить свои больные ноги двигаться.
— Да. — По близости его голоса и щекотке его дыхания на моей шее я понимаю, что парень смотрит на меня.
— Пол, я…
— Встретимся позже.
Черт.
— Не думаю, что это хорошая…
— Как только Джесси начнет, половина команды будет либо есть, либо спать. Встретимся за ящиками с усилителями.
Так вот как это должно происходить между нами? Прятаться за ящиками и в темных уголках, чтобы перепихнуться? Я хмурюсь.
— Теперь это моя работа. Я не могу рисковать…
— Ты и не будешь, клянусь. Тур-менеджерам наплевать, чем мы занимаемся, пока мы держимся в тени и выполняем свою работу. Знаешь, сколько парней в моем автобусе каждую ночь трахается с фанатками?
Я морщу нос.
— Ты сравниваешь меня с групи?
Вчера вечером, после того как великий Итан Кроу отправил меня ловить жаждущих кисок, я задумалась, что может заставить женщину настолько отчаяться, чтобы переспать с мужчиной, которого едва знает. Я бы предпочла быть уволенной, чем участвовать в том, чтобы подставить женщину для использования мужчиной, на которого она равнялась и которого уважала (по крайней мере, с точки зрения таланта), только для того, чтобы сразу после этого быть отвергнутой.
Я прекрасно знаю, каково это — быть отвергнутой и забытой тем, кого любишь, и не уважаю никого, кто так поступает с другим человеком.
Так что да, я, возможно, была зла и сердита, когда увидела двух красивых геев, ожидающих с поклонницами у двери за кулисы. Знаю, что Итан не гей — его репутация, безусловно, опережает его, — поэтому знала, что мужчины будут в безопасности, и также знала, что Итан не сможет пожаловаться на то, что я не выполняю свою работу. Надеюсь, я доказала, что ему не стоит со мной связываться, и мне не придется иметь дело с его раздражающе красивой задницей до конца тура.
— Я просто не понимаю, почему мы не можем повеселиться, пока работаем, — говорит Пол.
— Я думала, что перед тем, как мы поцеловались в первый раз, я ясно сказала, что не вступаю в случайные связи.
— Да. Но целоваться было приятно, не так ли?
Это были мои первые поцелуи, поэтому мне не с чем их сравнивать.
— Наверное, да.
— Ай.
— Прости, это было здорово. Правда. — Я отталкиваюсь от стены, чтобы встать. — Мне действительно нужно идти. Если отец увидит, что я бездельничаю, он меня убьет.