— Ты написал, что у тебя хорошие новости, — говорю я, когда он идет, держа меня в своих объятиях, а мои ноги болтаются. — Это ведь не то, что ты ударил Пола, правда?
— Пфф. Нет. — Он не опускает меня, пока мы не оказываемся в конце коридора, ведущего в его гримерную. Он держит меня рядом, пока мы идем в том направлении. — Бен ночует с Джесси, пока мы не приедем в Лос-Анджелес.
— Это… что? — Я смотрю на него. Его стильные отросшие волосы обрамляют линию челюсти таким образом, что он больше похож на фотомодель, чем на рок-звезду. — Еще три ночи?
— Да. — Он поднимает подбородок в сторону стоящего на страже охранника, и тот быстро открывает перед нами дверь гримерки. Итан проводит меня первой, а сам идет следом. — Я хочу, чтобы ты поехала со мной.
Три ночи наедине с Итаном? Да, пожалуйста.
— С удовольствием.
Его выражение лица смягчается.
— Я люблю тебя.
Мои щеки пылают. Не может быть, чтобы это не было очевидно, поэтому я потираю их, пытаясь заставить их успокоиться.
— Не думаю, что когда-нибудь привыкну слышать от тебя такие слова. — Черт, теперь они становятся еще горячее.
— Есть еще кое-что… — Он садится на журнальный столик, затмевая мебель своими размерами, и тянет меня к себе, чтобы я встала между его бедер. Откидывает голову назад, чтобы поймать мой взгляд, и я пользуюсь возможностью провести руками по его густым волосам. — Когда мы приедем в Лос-Анджелес, мне нужно будет посетить одно мероприятие, и я очень хочу, чтобы ты пошла со мной.
— В качестве твоей пары?
От его дерзкой ухмылки у меня слабеют колени.
— Да. Ты пойдешь со мной?
Я хватаю его за щеки и крепко целую.
— Да!
— Хорошо. И я не знаю, как обстоят дела у тебя с Пророком, но если тебе нужно где-то переночевать в Лос-Анджелесе, пока мы не вернемся в дорогу для второго этапа, у меня в квартире есть немного свободного места. — Он подмигивает.
— Только немного?
Я уверена, что Итан — гордый владелец одного из больших домов на Голливудских холмах. Или, может быть, он предпочитает пентхаус в Санта-Монике. В любом случае, я не сомневаюсь, что у него полно лишних комнат. Не то чтобы мне нужна одна. Где угодно, только не в одной постели с ним — это слишком далеко.
— Спасибо. Я, пожалуй, соглашусь. — Я представляю себя раскинувшейся у бассейна с ледяным напитком, который приносит один из слуг Итана. Образ заманчив, пока я не задумываюсь… — Подожди, это мероприятие. Мне нужно будет купить платье или…
— У меня есть помощница. Я дам ей твои размеры, и она подберет для тебя что-нибудь.
— Вау, это должно быть здорово. — Персональный стилист, шоппер… — Я просто даю тебе свои размеры и…
— Нет. — Он стучит себя по виску. — У меня они уже здесь.
— Нет.
Итан облизывает губы, его взгляд блуждает по моему торсу. Обхватывает мои бедра, поглаживает мою задницу, прежде чем схватить ягодицы обеими руками.
— Тридцать семь. — Он проводит руками вверх к моей талии. — Двадцать пять. — Скользит руками по ребрам, а затем выше, где находится бретелька лифчика. — Тридцать два. — Проводит большими пальцами под резинкой, затем встает и целует меня долго и глубоко, прежде чем пробормотать: — Я бы предположил, что у тебя рост пять футов шесть дюймов, и уже знаю, что ты носишь обувь восьмого с половиной размера.
Я отстраняюсь и смотрю на него в шоке и неверии.
— Я прав, не так ли?
— Понятия не имею. Я никогда не измеряла себя раньше. Откуда ты это знаешь?
— Я изучил каждый сантиметр твоего тела, детка. Запомнил тебя. — Обхватывает руками мои груди, нежно сжимая их. — Я бы хотел заново познакомиться с твоим телом прямо сейчас, но не хочу рисковать и делить тебя со своей группой, поэтому… — Он прикусывает мою нижнюю губу и сильно сосет, а затем отпускает ее с хлопком. — Сегодня вечером.
— Не могу дождаться.
ИТАН
— Это худший фильм, который я когда-либо видела, — бормочет Тейлор, почти засыпая на моей груди.
После нашего шоу я остался в автобусе, ожидая, пока она закончит убирать сцену и загружать грузовики. Когда девушка ввалилась в автобус, я сделал то, что, по моему мнению, должен делать парень — отвел ее в душ и жестко трахнул у кафельной стены. Мы рухнули в постель все еще мокрые и голые, но вызванный оргазмом прилив эндорфинов не давал нам уснуть.
— Как ты можешь так говорить? Адам Сэндлер играет Джека и Джилл. — Честно говоря, это потрясающая игра. — Гибкость и талант, которые…