А что самое поганое... это я не пожелал вернуть всё так, как было. Это оно само так вернуло мне всё обратно потому, что чувствовало – мозг скоро умрёт из-за текущего состояния. Поэтому и вернуло. А я... я ничего не мог сделать, лишь наблюдая...
Впрочем, тут я и понял прок прокачки воспоминаний – если мою обычную память можно было сравнить с книгой с множеством страниц, которые ещё не все были разборчивы и до которых надо было ещё полистать назад другие страницы вперёд или назад, то воспоминания в том странном состоянии...
Это была не книга с разными нечёткими страницами, что шли друг за другом линейно. Это был экран. Экран, что находился вокруг меня на 360 градусов и что я мог воспринимать одновременно, делая это постоянно и полностью на всей его протяжённости, и будто держа в голове. Мне нужна была какая-то информация – раз, я сосредоточил больше внимания на каком-то куске экрана. Два – на другом куске. Три – и десятки кусков в любой последовательности будут подняты. Я знаю всё, я вижу всё, я помню всё. Я и есть мои воспоминания...
Я тихо зашипел сквозь зубы – у меня только от одного образа напрягся мозг, пытаясь вернуть уже привычное и намного более эффективное состояние. Как же не вовремя, чёрт тебя дери...
***
- Адам, что это с тобой? – Голова всё ещё пульсировала от недавних приколов с ментальными практиками. Что бы я ещё раз пытался что-то менять в своей тупой и пустой башке...
Я не сразу заметил знакомую девочку с факультета Слизерина. И хотя это была не Роза внешне, но я сразу понял – опять эта заноза. Невовремя ты...
- Меня избили. – Дотронувшись до лица, я вспомнил того самого рыцаря из Выручай-комнату. С ним я потом ещё немного сражался, но почти сразу решил – я ему не соперник.
Дело было даже не в его высоком уровне владения оружием и своим телом. Просто он был взрослым мужиком, а я ещё ребёнком. Пусть и здоровым для своего возраста. Даже без его достижения в оружии, я мог бы победить с трудом только из-за адептового уровня. А без такого преимущества и нефиг с ним ловить.
Понизив уровень, я понял – големы самые осторожные воины из тех, кого я знал. Я поставил уровень Обученный, что соответствовал Обычному по классификации Системы. И что вы думаете? Да, он не мог сравниться со мной во владении оружием. Зато это тварь не давала к себе подойти, бесконечно изматывая и чуть не зарубив, когда я уже устал, допустив ошибку. Вот тебе и големы, блин...
- Кто? – Не обратив внимания на вопрос Розы, я её холодными руками облегчил свою боль. Как хорошо... – Это связано с теми девочками, к которым ты подходил и пытался переметнутся, став их наложником? – Обе её руки легли на щёки, а моё лицо хотя и расслабилось, но едва сдержалось от гримасы – это было только вчера, как ты так быстро узнала? Почему наложником то, а?
Хотя я знал парочку медицинских заклинаний, но не было именно тех, что помогли бы вернуть меня к моему привычному состоянию, подправив личико. На лице остались синяки, которые можно было принять за обычные удары. Они хотя и саднили, но пройдут через недельку другую.
- Я не собирался становиться их наложником. – Значит, что-то она явно узнала уже, пусть и поняла по-своему. Это плохо. – А кто избил... скажем так, есть те, кто на это не только способны, но и кому я не могу ответить при этом.
- Тогда зачем ты к ним подходил? – Ну... сознание тебе может поведать, что оно также рассматривало возможность их ликвидации, дабы попытаться проверить теорию о свойствах их девственной крови и понять, отличаются ли внутренние органы волшебников от таковых у обычных людей... но я тебе этого не скажу, ну его на хрен...
- По-твоему, я захочу поменять тебя на других? – Даже если бы захотел – зачем? Крыша есть, кормят и тренируют.
- Исходя из твоего характера и предыдущих действий, ты бы продал меня ровно в тот миг, когда я тебе перестану быть нужной. – Кхм... а что так круто-то сразу? Я ведь сама невинность. Я и мухи не обижу... у меня в школе даже вроде грамота была какая-то, за примерное поведение...
- Ты преувеличиваешь... – Попытавшись погладить её по голове, я был отвергнут – она отошла назад, отбивая мою руку в сторону и, достав палочку, показала ею на меня.
- Адам Беркли. – Что-то неуловимо в ней изменилось уже с первых слов. Она перестала быть обычно мягкой, став той, кого я обычно видел, когда наблюдал за ней издалека – холодной и равнодушной леди рода Малфой. – Как твоя хозяйка я выношу тебе приговор.