Благо, что я был идиотом. Поздно? Начальство никогда не опаздывает. Несвоевременно? Здесь я решаю – что, когда, и в какое время мне нужно и удобно. Опасно? Мой друг, жизнь вообще страшная штука – все те, кто от неё страдал, умерли.
Чем был ментальный щит? Конечно, авторы книг не давали определений или чётких, понятных слов. Но поясняли – он есть у всех, почти у всего. Разумного, якобы неразумного – эти они имели ввиду тех, кто как бы не человек и не может якобы мыслить. Последнее, конечно, по мнению очень разумных людей, что сами пока не могут понять, почему и как мыслят они, но смея при этом утверждать, что это их уникальность. Дети так забавны в смелых выводах...
Как и говорил старик, в этом плане я не особо отличался от других, испытывая и пройдя плюс-минус одинаковые вещи с другими, только с большей выгодой для себя. Можно было бы сказать, что этот щит был ещё одной специальной и очень скрытной мышцей моего организма – его можно было укрепить, что я и сделал.
Очень простым образом – дав ему необходимую нагрузку в виде работы сознания и всех ментальных аспектов. Я анализировал свои эмоции, разбирал мысли, рыскал в памяти, концентрировался и укреплял внимание – этим я немного разобрался в своём сознании, придя к тому, о чём когда-то лишь догадывался, не имея смелости действительно сделать шаг в эту сторону.
Я как будто перестал лишь думать, начав делать – сколиоз начал понемногу выправляться, узлы стали слабее. Для этого все-то и нужно было начать висеть на турнике и заняться своей спиной – не говоря уже о массаже, можно было просто делать разминку с утра. Боль будто стала слабее, позвонки будто вставали на место. Каменная броня будто понемногу растягивалась...
Этой бронёй и был щит. Дамболдор верно сказал, что хотя он непроницаем, как кусок стали, но он совершенно инертен с обоих сторон. Слишком твёрд, слишком хрупок. Его приходилось поддерживать уже своей волей. И как бы я не хотел, это был я – если будет угроза, я буду отвечать до последнего. Я уже говорил, что не буду жалеть о чём-то – это прошло за мной до сих пор, став и благословением, и проклятием.
***
Антонин не единственный попал под мою раздачу. Лили, ещё несколько людей из знакомых мне с разных курсов – их я тоже решил обрабатывать, дабы при падении мне нигде не было больно. Что, бишь, я толкую?
Антонина я собирался заслать к Тому. Лили к Дамболдору. Остальных по разным факультетам, они позже сыграют свою ролью Она, кстати, уже вместе с Иденом неплохо устроилась. Будучи из рода Пруэтт он смог не только заметить потенциал девочки, но и уже начать обхаживать – устроил её в группировку, оградил от чужого влияния и окружил своим влиянием. На самом деле, для него это было нетрудно – сказал тут слово, сделал там намёк. Все поняли, все либо отвернулись, либо утёрлись. Я не был всеми, я был хитрее...
Мне невыгодно было встречаться с Лили сейчас и лично. У неё уже не было во мне эмоциональной зависимости, какой-то потребности и прочего. Идти к ней сейчас было бы глупо – в худшем случае дадут отворот поворот и всё станет веселее у меня в школе, учитывая текущую репутацию и положение.
И хотя людоед во мне требовал чужой боли и черепов для трона черепов, моя миролюбивая часть тихо шептала, образумливая – можно просто прострелить ей колени, пусть идёт с миром. А если серьёзно, то от меня никуда не делись старые замашки и первым делом я подумал как-то её подставить и, как когда-то с Томом, якобы случайно помочь. На хотя это было надёжно, миролюбивая часть говорила – а соучастники, тебе их не жалко? Не жалко. Но ситуацию действительно можно было решить по-другому...
Вскоре у Лили действительно появились проблемы. Пусть они и были связаны со мной, но тут уж действительно вышло так, что именно я не хотел такого исхода – Иден вынужден был сдать Лили. Куда сдать, спрашиваете?
Розе. На хрена? Не знаю. Та зачем-то пришла со своими коршунами и братом о чём-то толкуя с Иденом и другими. И хотя ситуация была не самая чистая, я и правда чувствовал, что Лили надо вытаскивать. А то погубят мне девочку. А вот Роза...
Уже прошёл месяц, отведённый ею. Появились первые проблемы в лице чем-то недовольного Абраксаса. Он смотрел на меня, дулся, мялся, но... каждый раз отворачивался от моего прямого взгляда и смысла в нём – подходи и все проблемы решим в дуэли. Так и не подошёл. Сам, по крайней мере...