Я даже не успел замедлиться, когда мужик почти в самом конце немного мне поддался, позволив его победить. Про себя подумав о том, что с ним сделали бы люди горделивые или ценящие лишь честные победы, я услышал: - Победил Адам!
- Харальд. – Мужик, представляясь протянул мне руку, несильно сжимая мою руку, которая на сегодня уже не сможет ничего делать. – Не против отойти, поговорить?
- Пойдёмте. – Поскольку я не чувствовал в нём чего-то странного, помимо его физической силы при худосочной комплекции и того факта, что он довольно ловкий малый, я ведомый удачей пошёл за ним. Он хотя и не дрожал от холода, но быстро принял от одного из мужиков свою шинель военного образца.
- Адам, ты занимаешься борьбой? – Мы пришли в какой-то кабак, где сразу сели за стол. Он было хотел заказать нам обоим по кружечке за знакомство, но я его отговорил шутливо тем, что молоко с губ у меня недостаточно пропало и что мама заругает и отшлёпает по приходу домой.
- Можно сказать и так. – Харальд не стал миндальничать с пивом, в несколько мощных глотков опустошив хорошую, почти литровую кружку. – Французским боксом, саватом.
- Не знаю такого... – Заказав себе ещё пару кружек, он без перерыва продолжил: - Чем планируешь здесь заниматься? Ты ведь явно приезжий, что думаешь о небольшой и непыльной подработке?
Внутренне поморщившись тому, в какую жопу он меня может завести, я также невольно задумался – и в чём с этим Харальдом удача? Он явно обычный человек, я не чувствую от него сильной магии. Надо подумать...
Но не успев ответить, я краем глаза заметил, как начали заходить множество фигур в тёмных одеждах в здание. Желая рассмотреть получше, я прямо на них посмотрел, чем привлёк и внимание Харальда, из-за чего тот обернулся, тоже смотря на выход.
- Тц, опять эти... – В его обречённо-философских словах была вся скорбь еврейского народа. Её он заглушил кружкой пива, после более спокойно выдав: - Начнут сейчас гулять, петь, орать. Толком поговорить и даже расслабиться после рабочего дня не дадут. Предлагаю нам... – Не успев договорить, он ошеломлённо замолк, когда официантка, нёсшая ему пиво, якобы случайно уронила свой поднос. Конечно, не случайно, а из-за моего телекинеза.
- Чёрт, девка, ты... – Явно сдержавшись от разных слов, мужчина поднялся, почти плача смотря на уже пустые пивные кружки на полу. Судя по его глазам, они были ему почти родственниками, что были богатыми, но умерли и вместо наследства оставили лишь кредиты. Целый калейдоскоп я наблюдал, пока не понял, что удача была не в Харальде. Удача была в этих фигурах...
- Простите, сэр... – Ко мне подошла одна из таких фигур, пока к Харальду уже подошли сотрудника кабака, пытаясь успокоить. Мне её акцент показался странным, но слова были ещё более странными: - Вы не могли бы освободить это место?
И хотя я сам не был точно уверен, но по наитию ответил небрежно на русском, даже на неё не смотря: - А больше вы ничего не хотите?
Молчание опустилось даже на сотрудников с Харальдом, которые сразу поняли, на каком именно языке я говорю. И хотя не поняли слов, это не помешало им молча отстать от Харальда, тихо посоветовав ему со мной не связываться и сами молча продолжая заниматься своими делами.
Харальд ничего мне не сказал, лишь пару секунду посмотрев то на тех людей, то на персонал, то на меня, то на свою рубашку... явно что-то поняв для себя, он почесал затылок и молча ушёл из кабака.
Но фигура поняла. Секунда молчания и мне был задан вопрос, уже на русском: - Почему ты один, мальчик?
- Потому, что у меня нет шизофрении. – Я даже не вызвал улыбку своим ответом у молодой на вид девушки. И чего все такие угрюмые, пытаешься шутить, а лица такие в ответ, будто я на похоронах нахожусь... – Вам-то до этого какое дело?
- Лично мне никакого. – Девушка кивнула мне на персонал: — Вот только нас-то они знают и не выдадут, а вы человек новый. О вас сразу доложат куда надо и появятся проблемы.
- Неплохо вы тут устроились. – Ни капли не обеспокоенный, я лишь хмыкнул, видя, что фигуры собираются кучнее, зачем-то начиная ограждая небольшую часть зала в центре: - А что вы тут хоть делаешь, веселитесь, поёте?
- Верно. – Она плавным жестом повела в сторону, где одна из женщин уже начала что-то тихо петь. Вроде какое-то стихотворение, но не узнаю. – Если хочешь, присоединяйся. Если же не хочешь с нами связываться, лучше уходи скорее. Но мой тебе совет – нам всем здесь, изгоям, лучше держаться вместе...