Прежде всего автор рекомендовал, даже требовал — НЕ ЛЕЗТЬ в главы дальше теоретической части с упражнениями, пока не сможете отточить свои ментальные навыки до предела.
Он даже давал непростые тесты — можете прекратить на день внутренний диалог? Мысли — изучено и натренировано. Можете на день контролировать эмоции, понимать их природу и в корне гасить, либо выгодно для себя испытывать? Эмоции — изучено и натренировано. Можете на время, равное ровно часу, полностью сконцентрироваться на тикающих часах, будучи абсолютно неподвижным, лишь подсчитывая количество тиков? Сознание — изучено и натренировано…
Ещё оставались воспоминая, но я так и не понял, что с ними делать. Требования автора было простым на первый взгляд — будто оборачиваясь во времени, будто переворачивая страницы книги назад, также отмотайте свои воспоминания. Чем дальше, тем лучше. Тот момент, когда вы осознаете своё рождение знаменует вас как прошедшего тест.
Считая, что проблемы были лишь в самом конце на каких-нибудь ранних годах, я неожиданно понял — я не помню, что я делал вчера, позавчера и неделю назад. Вроде тренировался, вроде ещё что-то делал. Кого я видел, где и как, что думал…
Автор сам говорил — прежде, чем переходить к воспоминаниям, вы должны понять все другие аспекты — мысли, эмоции и прочее. Тот миг, когда вы изучите всё, лишь позволит вам заняться своими воспоминаниями. А до момента, пока вы не закончили с остальным — к воспоминаниям не лезть. Ему я, конечно, не поверил.
А зря. Помучавшись пару дней и ничего не добившись, я просто забил. Он был прав — воспоминания содержат суть всех других аспектов и пока я не пойму их, я ничего не смогу сделать, лишь запутавшись в самом себе. Впрочем, я не просто так мучался.
Если эмоции дали мне способность их как-бы не испытывать, то сознание сделало почти тоже самое. Эффект был пугающим.
Открыв глаза, я увидел мир по-другому. Я был словно компьютером, который воспринимал мир совсем иначе, будто думал на незнакомом языке.
Вот мой пустой взор обратился на двух старшекурсниц. Сознание будто очистилось от всего лишнего, убрав всё лишнее и мешающее ему.
Его больше не манили волнующие бюсты или игривые движения ягодиц. Также, он не обращал внимания на искренние улыбки и прочее. Не находясь под пеленой эмоций, предрассудков и прочих социальных конструктов, сознание вдруг выдало мысль — стоит удовлетворить физиологические потребности, они подходят. Миг, и другая возразила — физиологические потребности в норме, на текущем этапе развития удовлетворение подобным образом почти неэффективно. Третья добавила — через 1,5 года потребности расширятся до заявленного уровня, дабы удовлетворить их с этими объектами.
Это произошло лишь за миг, пока я повернул голову к объектам. Объекты обратили на меня внимание, недоумённо смотря.
Сознание не дрогнуло от внимания объектов. Оно распланировало всё на несколько ходов вперёд. Из памяти был извлечён целый пласт навыков по обращению с подобными объектами. Он был предназначен для быстрого удовлетворения своих физиологических потребностей, не подходя при этом под ту парадигму, что обычно называли здоровыми и долгими семейными отношениями. Кодовое имя — пикап.
Сознание имело полный доступ к памяти, подсознанию и прочему, дабы понять — текущий возраст тела не соответствует минимальным требования для практики пикапа. Объекты не воспримут адекватно привычные для подсознания действия по так называемому их соблазнению. Сознание встало перед выбором — изображать поведение ребёнка или смутиться от внимания, спустив ситуацию на тормозах.
Второе не подходило потому, что не вписывалось в образ, что уже успел сформироваться у объектов. Сознание сразу поняло по косвенным признакам, что объекты знают его. У них сформировался образ — поскольку объекты с ним были лично незнакомы, оно решило, что образ плюс-минус соответствует его репутации. В этом образе было недопустимо распространение клевещущих на него слухов. Решение — смутиться и убить объектов. Решение отвергнуто — на текущем этапе убийство выполнимо, его сокрытие почти невозможно полностью…
Первое сначала отклонено с теми же пунктами, что и у второго, но было доработано — можно было в шутливой манере изобразить приём пикапа, так называемый подкат, самому себя разоблачив и, из-за своего возраста, добиться отношение объектов к сознанию, как к забавному ребёнку.