Я даже решил поднять свой престиж, укрепившись среди верхушки радикалов, тренируя младшие курсы савату и основам владения различным оружием, вроде меча, посоха, топора, копья и других. И хотя я был хорош лишь в мечах, по совести, но базовые принципы я неплохо понял со многими оружиями. А вкупе с тем, что у меня был большой опыт владения, высокая адаптивность и прочие регалии, я быстро сколотил теперь уже вторую сотню идейных людей, любящих боль и страдания и готовых умереть во славу Рим…тьфу, точнее во имя товарища Гриндевальда!
Началось всё сначала безобидно. Будучи аж адептом меча, мне стало интересно, а чему же учат в одной из лучших магических школ мира, если иметь ввиду всякие боевые искусства? На первый взгляд всё выглядело разочаровывающе.
Здесь не учили каким-то секретным методикам кунг-фу, здесь даже не было чёткой боевой системы, вроде савата или римской школы владения мечом, здесь были лишь основы. И хотя тут я и сам был доволен, ибо отрабатывали их тут иногда даже до упаду, на рефлексы вбивая нужные стойки, правильные положения тела и его работу, и прочие важные компоненты, но… и основы тут были не такими, как можно было представить. Помимо универсальных, тут были и специализированные.
В плане того, что, например, здесь же посохи были популярны, а не палочки, да? Вот ими и учили владеть и как обычным посохом, и как магическим инструментом и грамотно используя эти оба аспекта, что многими почему-то игнорировались. У нас вот как, в старушке Англии то? Палочку выбили из рук и всё. Совсем-совсем всё. А здесь как?
А посох ещё надо постараться выбить из рук, что были далеко не такими нежными, как у наших инвалидов волшебного толка. И хотя в защиту наших можно было сказать, что ну вот, многие носили с собой сразу несколько палочек как ведьмак свои мечи на все случае жизни, но здешние были ещё хитрее. Все ведь помнят, какое сейчас время?
По словам радикалов, хотя они и всячески притесняли всё маггловское, но при этом активно пользовались их наработками, в частности оружием. То есть, уже победив какого-то волшебника, вы вполне могли лицезреть, как он достаёт из своих широких штанин большой и начищенный…пистолет. И если у вас нет реакции кошки, вы явно не успеете защититься от пули в упор.
С мыслями о том, что оказался в школе мечты, я начал дуэлировать с ровесниками и даже людьми постарше без магии вообще. На посохах, мечах, вообще любом оружие. Меня так и не смогли победить…
Но чем больше я дуэлировал, чем больше я тренировал некоторых знакомых или радикалов, за которых решил взяться, тем больше осознавал — для них тот же посох это не оружие. Это магический концентратор. Ладно посох, но так было с жезлами, с ножами и прочим магическим и довольно разнообразным инвентарём.
Решив проводить стандартные попаданческие мероприятия, я занялся прогрессорством. Нет, я не стал врачом при Иване Грозном или советником при Петре Великом, всё было куда прозаичнее.
Если сначала я тренировал отдельных людей, то потом, к удивлению, даже своей группировки, добился в этом немалых успехов — мои ученики стали даже магически сильнее, более дисциплинированными и очень хороши в дуэлях. Радикалы подумали, подумали, почесали репу, да установили — быть тебе, Адам Беркливич, смотрящим за своим курсом!
Это означало, что на своём курсе я стал представителем радикалов с высшими полномочиями от них и, фактически, именно высшим руководством среди остальных, даже учеников старше меня самого. Но тут уж и обязанности были соответствующие — я должен был подготовить не менее тридцати человек на уровень, что не уступал бы обычным чистокровным. Чистокровным Дурмстранга…
Немного припухший, я вспомнил себя ещё легионером в том мире. Уже тогда я обкатывал методику, которая строилась на моём весьма богатом боевом опыте, разных боевых системах и прочих моментах. Она была предназначена для обучения больших групп хотя бы немного подготовленных и подходящих для этого людей, но не более сотни человек. В теории, в конце жестокого, насыщенного и полного испытаний обучения, обычный человек сможет стать кем-то равным спецназовцу — тело подготовить не проблема, а вот умения с опытом с лихвой дам я, их товарищи и этот жестокий мир. И хотя легионером у меня было мало времени, дабы довести методу до конца, но уже тогда она показала свою эффективность, делая из желторотых новобранцев мало-мальски собранных воинов, что не боялись ран и были готовы убивать и быть убитыми. Позже обкатав методу на детях из трущоб Лондона, я убедился в её эффективности. Да, её надо было доработать, но… даже так, я был уверен в том, что пока человек будет иметь некоторые качества, я смогу сделать его хорошим бойцом. Но то были обычные люди и воины…