— Ясно, — сухо и безэмоционально выдавил Лёва.
Это было последнее слово, обращенное в мою сторону до конца представления. Он снова надел маску шутника и остряка, засыпая накал напряжения искрами своего легкого юмора. Уже и Люся расслабилась, и Чибисов перестал ухмыляться, погрузившись в магию современного искусства. Мне тоже было некуда деваться, поэтому я сделала вид, что целиком и полностью погружена в происходящее на сцене.
Голова вибрировала от мечущихся мыслей так, что вдохнуть хотелось, но не было воздуха… Не было… Выжег всё собой дотла. Я словно вновь на пепелище вернулась, где, кроме разочарования и беспомощности, не было больше ничего.
Сжимала край стола, чтобы выплеснуть напряжение, но бесполезно это было. Поведение Дония лишь сильнее распалило мою злость. Он словно перестал меня замечать, вскакивал с дивана, отчаянно аплодируя актрисам, и на пару с Кириллом свистел так, что уши закладывало.
Я умоляла себя не смотреть в его сторону! Вновь и вновь повторяла, что это всего лишь мой временный босс, которому меня, меркантильную и тупую особу, сдали в аренду, но не могла!!
Меня магнитом тянуло к нему. Пока он смотрел на сцену, я могла безнаказанно любоваться его красивым профилем, мягкими уверенными движениями и мечтать о том, что это все мне снится. Да, он уже не был тем притягательным хулиганом из квартиры напротив, но было стойкое ощущение, что обиженная восьмиклассница до сих пор плачет внутри меня…
… — Ну? А теперь и поиграть можно. «Или-или»? — громче всех вопил Слава Юшков, разливая из картонной коробки вино с красивым названием «Изабелла». — Учителя спрятались в учительской, а Сева видел, как завуч в пакете пронес шампанское. Поэтому гуляем!
— Слава, ты вечный ребёнок, — Люся помогала Ксюше переодеться после выступления, держала плотную ширму, чтобы парни не подглядывали. — Лишь бы нажраться, подраться и поиграть.
Мы сидели в просторной гримерке за сценой в привычной компании ребят, с которыми всегда проводили дискотеку. Мишель, Люсинда, несколько парней из десятого класса, но все моё внимание было приковано к Донию и Королёву, как-то слишком бесстрашно курящим на подоконнике. Вдыхала ненавистный табачный дым, смешанный с по-весеннему липким, сладким от цветущей сирени воздухом, влетающим в распахнутое окно, и откровенно улыбалась.
Мы с Люськой и Сеней были в оргкомитете школы, да и просто первыми зачинщиками всякого рода праздников и сабантуев. Вот и сегодня, чтобы разбавить типичное дрыганье под современный «тыц-тыц», мы переоделись цыганками и устроили представлением с гаданиями по ладони, «золочением ручки» и танцами.
Подглядывала за ним, стараясь отогнать мысль, что это последняя дискотека перед выпускными экзаменами, что не увижу больше в школе Лёвку, оттого и играла в шпионку, желая продлить это мгновение. Вжималась в стену, чтобы быть незаметной, и дышала через раз, лишь бы не спугнуть, старалась не двигаться, чтобы не привлекать внимания звоном маленьких колокольчиков и монет, пришитых по низу цыганской юбки, украдкой наблюдала за Мироном и Лёвкой из-за груды плакатов. Парни были увлечены своим тихим спором и не обращали на нас внимания. Куда им до малолеток? Естественно…
Доний сидел, упершись подбородком в колено, и слушал Королёва, лениво кивал и крутил в руке цепь, пристегнутую к карману широких джинсов. Готова была воспарить к небесам за подаренные мгновения близости, впитывала каждое его движение, резкие смешки, привычку поигрывать правой бровью, и таяла восковой свечой. Дура! Конечно, дура! Он был самым популярным парнем в школе, а на меня смотрел, как на букашку, которую можно случайно раздавить.
— Можете не играть, раз струсили… — Славка спрыгнул со стремянки, на которой сидел, залпом выпил вино из пластикового стаканчика и вышел из каморки, стрельнув в меня каким-то странным, незнакомым взглядом.
— Ксюш, что за игра? — прошептала я.
— Тебе предлагают на выбор задание, а ты выполняешь то, что легче, — красная от переодевания Сеня выскочила из-за занавески. — Только в следующий раз тебе дают снова задание, в котором отвергнутый вариант является самым простым. Это лохотрон, Сквознячок, в котором ты постоянно вынужден выполнять чужие прихоти. Особенно со Славкой не вздумай играть, он до сих пор забыть не может, как ты отказалась с ним в кино идти.
— Когда это он тебя в кино звал, мелкая? — заржал Королёв. Мы так увлеклись трепом, что и забыли, что не одни. За что и поплатились.
— Королёв, а ты вот прям всё должен знать, да? — Мишель бросила в друга пустым стаканчиком. — И вообще, чего вы тут сидите? Валите оба!