- Ах, да, - мои слова на мать произвели немного другое впечатление, нежели я ожидала, и она оживленно заговорила, - помнится твой Никита жил с больной матерью и маленькой сестрой, - она прикусила губу, словно пытаясь вспомнить что-то, - бедняга и учился на бюджете и работал ночами где придется, - она наигранно вздохнула, словно ее сильно волновала судьба моего молодого человека, - и тянет он на себе непосильный груз единственного кормильца в семье, думаешь ему есть дело до твоих проблем? Особенно если его вдруг выпрут из университета, - закатывает глаза, - чисто случайно, ну может за плохую успеваемость или, вот просто представим, отберут вдруг стипендию или бюджетную форму обучения? Что тогда? Будет он заниматься тобой и твоими проблемами? Если и виновной его столь внушительных бед, вдруг окажешься ты, дорогуша?
Я ошарашено смотрела на мать и совершенно ее не узнавала, оказывается человек превращается в какого-то мерзкого монстра, когда перед ним возникают испытания и трудности, в особенности, если эти трудности касаются денег. Некогда миловидная и жизнерадостная женщина, теперь стала озлобленной манипуляторшей, способной пойти на низкий шантаж в отношении своей единственной дочери и все ради достижения своей цели. Как противно! Мне вдруг захотелось кричать, плакать, продолжить раскидывать и крушить все вокруг, настолько отчаянно обреченной я себе ощущала в данный момент. Я не в курсе кого мать сует мне в качестве жениха, но зная способность денег в совокупности с нужными связями вершить судьбы людей, могу с уверенностью сказать, она точно сделать то, о чем грозилась несколько минут назад.
- Раз так, раз ты дошла до угроз и шантажа, то я позвоню Артему, пусть он прилетает и разбирается с тобой, а я умываю руки, мне больше нечего тебе сказать.
Я уже не слышала слова матери, брошенные мне вслед, я просто бежала прочь из особняка, некогда считавшегося моим домом, моим счастливым домом. Слезы непроизвольно заструились из глаз, и вот я уже рыдала навзрыд, словно никогда до сегодняшнего дня не плакала. Как безумная, как сумасшедшая, я просто бежала в беспамятстве шмыгая носом и вытирая ручьи соленных слез. На меня вдруг накатила тоска по умершему совсем недавно отцу, по тем временам, когда мы вместе проводили дни, когда играли в баскетбол во дворе, читали вдвоем одну книгу в его кабинете и жили счастливы. Пусть он не был идеальным человеком, но вряд ли бы согласился поступить со мной так, как хочет мама, не смог бы, я точно знаю. Ладно, не будем снова возвращаться к плохому, лучше я наберу Артему. Да, точно, он обязательно прилетит и вразумит мать, он не позволит случиться плохому, он пока моя единственная надежда. Мокрыми от слез руками я пыталась найти в списке контактов брата и набрать его номер. Ага, гудки, еще гудки, черт, говорит автоответчик.
- Артем, привет, надеюсь у тебя все хорошо, - я шмыгнула носом, - не могу до тебя дозвониться, у нас тут кое-что произошло, - вытираю последние капли слез, - перезвони, пожалуйста, как только прослушаешь это сообщение, - и после секунды молчания, я уже спокойнее и убедительнее добавила, - это очень и очень срочно, жду.
Закинув телефон в карман джинсовой куртки, я побрела дальше уже в более спокойном расположении духа, пока передо мной вдруг не остановился тонированный внедорожник и два квадратно образных амбала силой не запихнули меня внутрь.
часть вторая.
я стою на краю бездны, упрямо цепляясь руками, но тяжесть моих страданий, навязчиво тянет вниз…
Элеонора.
Успокойся, Элеонора, ты найдешь выход, ты всегда находила, всегда принимала правильные решения. И Ева не будет долго бунтовать, она всегда была немного непослушной, не любила, когда ее ставили перед фактом, не любила ограничения и всякого рода указания, но это все равно заканчивалось в мою пользу. В конечном итоге, ей предлагают выйти замуж не за деревенского нищего, и не в семнадцать лет выдают насильно за старика, ничего плохого в этом замужестве не вижу. Она из-за своего упрямства не хочет понимать меня, не хочет увидеть тоже самое, что вижу я. Идиотка.
Громкая мелодия звонка мобильного, вывела меня из надоедливого потока нескончаемых мыслей. Господи боже мой, кому еще что понадобилось? Последнее время мой телефон не умолкает, жаль только звонят не старые знакомые, стремящиеся помочь или утешить, а кредиторы и приставы, мечтающие вернуть свое. Спасибо тебе, Максим, ты и при жизни доставлял много хлопот, а после твоей смерти наша семья вообще оказалась разбитой. Воспоминания о трусости супруга, который уничтожил свою и наши жизни погрязнув в бесконечных долгах, а потом не смирившись с навалившимися проблемами покончил жизнь самоубийством, в очередной раз наполнило меня злостью и ненавистью. Ушел, бросив меня разбираться со всем этим дерьмом, а теперь и дочь пытается поступить точно также. Какая ирония. Мой взгляд упал на экран мобильного, где высвечивалось имя пасынка. Ох, Ева, чтоб тебя, не успела покинуть дом, как сразу же начала звонить и жаловаться своему брату, не хватало еще и с ним разбираться.