— Полина, стой, — Стас больно хватает меня за локоть, тянет на себя. — Мы не закончили, — шипит раздраженно мне в лицо. — Не устраивает вдвое? Повышаю ставку. Втрое — и это окончательное предложение, которое пересмотру не подлежит.
— Руки от меня убери, — выпаливаю, вырываясь. Внутри закипает возмущение, оттесняя страх и неуверенность на второй план. Пасовать перед ним я точно не собираюсь. А потому... — Мы с Максимом любим друг друга. И я не представляю, что он сделает с тобой, когда узнает, что ты себе позволяешь! — выдаю на одном дыхании, гневно сверлю глазами очередного наглеца. Что-то их развелось...
Стас задумчиво изучает мое лицо. Тщательно. С особой внимательностью.
Что ему за дело до взаимоотношений внутри этой семьи? Зачем Ветрову понадобилось нас разоблачать?
— Так ты не в курсе? — изумленно произносит он, наконец. — Ты реально считаешь, что между вами... любовь?!
Стас медленно качает головой. Выдохнув, потирает свой затылок. Взгляд его меняется, теперь он смотрит на меня с жалостью.
— Тогда Макс еще больший ублюдок, чем я думал, — чеканит озлобленно. — Хочешь правду, Полина? Кроме меня ее тебе никто не скажет, уж поверь. Максим не умеет в любовь. Больше нет. Сейчас это чистый расчет. Он тебя использует. А знаешь для чего? Умаслив с твоей помощью отца, он рассчитывает получить место правой руки гендира компании. Все это ради должности. Все это ради того, чтобы обойти меня. Ведь я — та-дам! — второй кандидат. И у меня шансов побольше будет, чем у этого разгильдяя-бабника. Ему плевать на всех и вся. Да и на фирму, в общем-то, тоже. А вот на свое раздутое эго — нет. Он не достоин этого места. Не достоин. И даже его собственный отец так считает. Впрочем, если ты Максу репутацию подправишь, если все решат что парниша одумался, встал на путь исправления, кто знает, возможно, мнение Эдуарда Андреевича изменится. Ты понравилась ему, кстати. Анне Викторовне тоже. И ваша общая ошибка в том, что вы верите этому козлу, — заключает мрачно. — Мне жаль.
Смотрю на Станислава молча, не в силах вымолвить ни слова.
Все ради должности?
Ради должности все это?
Я не знаю, врет он или нет, но почему-то мне кажется, что все услышанное вполне может быть правдой. И оттого становится горько. Душно и неприятно. Желудок будто бы в тугой узел скручивается, а в горле встает колючий ком обиды. Потому что, если все обстоит именно так, получается, что историю с мамой, о душевном спокойствии которой, Максим, бедненький, так сильно якобы волнуется, он выдумал? Чтобы я, сопереживая ей, не отступила? Чтобы поверила, что намерения его благие?
И я поверила. Дура.
Опустив взгляд, отступаю на шаг.
— Это чистая правда. Сомневаешься? — мягко спрашивает Ветров.
Я не отвечаю.
— Ты извини, Полина, что я наехал, что деньги предлагал. Мне правда жаль, — продолжает он. — И теперь, когда ты все знаешь, подумай вот о чем — мы можем ему отомстить. Вместе. Я подскажу, как лучше все это преподнести Эдуарду Андреевичу. Как тебе такое предложение?
По-прежнему молчу.
Ощущая расползающуюся по телу крупную нервную дрожь, резко разворачиваюсь и стремительно шагаю вниз.
Глава 11
Полина
Спускаюсь с лестницы, окидываю гостиную взглядом. Максима еще нет. В комнате только отец Станислава. Сидит на диване и смотрит на меня с добродушной улыбкой.
Машинально улыбаюсь в ответ, устремляюсь к окну и замираю. Обняв себя руками, рассматриваю задний двор. Он очень большой. Отсюда вижу деревянную беседку, огромный бассейн, окруженный плетеными шезлонгами, и раскинувшийся позади пышный сад. Идеальный пейзаж, по-другому и не скажешь. И я бы оценила его умиротворяющую красоту по достоинству, если бы не мой удрученный настрой.
Сосредоточенно перевариваю разговор со Станиславом. Теперь припоминаю, что Катя с Аленой обсуждали на днях новость о том, что готовится назначение заместителя генерального директора. Я не вслушивалась особо, когда они кандидатов обсуждали, и все же, получается, доля правды в словах Ветрова точно есть.
Делаю глубокий вдох. Затем медленно выдыхаю. Спокойно. Поговорю с Максимом сначала. Да, обязательно поговорю.