— Угощайтесь, — жестом предлагаю Соколову выпечку.
— Благодарствую, — Виталий Степанович берет один кекс, улыбается с хитринкой, но тут же предусмотрительно улыбку прячет и возвращается за свой стол.
Романова, чтоб ее. Порадовать она меня с утра, видите ли, решила.
Моя ж ты хорошая!
Репутацию мою этим, конечно же, не испортить, но народ она повеселила знатно. Разговоров теперь на неделю, блин.
Ничего. Я тоже “радовать” умею. А поскольку по реакции Сухарика понятно, что ей для “полного счастья” достаточно одного моего присутствия, решаю не откладывать приятности до вечера.
Дождавшись ее обеденного перерыва, спускаюсь в кафетерий. По-любому там ее найду.
И оказываюсь прав.
Романова сидит за небольшим столиком в компании тощего светловолосого паренька. Перед ними стоят подносы с едой. Парень что-то оживленно рассказывает Полине и смотрит на нее горящими щенячьими глазками. Неужели поклонник?
Что ж, сейчас мы это исправим. Быстренько его отвадим. Не хватало, чтобы вокруг “моей ненаглядной” среди белого дня непонятные мужики вились.
Беру курс на сладкую парочку. Кивком отвечаю на несколько приветствий, прилетающих по пути. Взгляды удивленные игнорирую. Подойдя к столику, усаживаюсь на свободное место одновременно с только что подошедшей сюда девушкой с темными волосами до плеч и с широко распахнутыми глазами, которая медленно опускается напротив.
— Всем привет, — улыбаюсь впавшей в ступор троице.
Отлично. Именно на такой эффект я и рассчитывал.
— Добрый день, — первой оживает брюнетка.
— Добрый, — бурчит себе под нос паренек. Выглядит жутко недовольным, но руку мне для приветствия протягивает. Пожимаю ее крепче, чем это необходимо, испепеляя ухажера Полины глазами.
— Ребята, это Максим, — отмирает раскрасневшаяся Романова. — А это Диана и Семен, — обращается ко мне.
— Очень приятно, — в унисон лепечут “ребята”.
— Взаимно, — отвечаю я и, само собой, спешу подлить маслица в жаркое пламя смущения Сухарика. Для этого, собственно, и притащился сюда.
Беру ее за руку, которой Полина от волнения за край столешницы вцепилась. Она напрягается еще сильнее, а я переплетаю наши пальцы и подкрепляю все это дело сногсшибательной улыбкой. Готово! Сухарик гуще краснеет, прячет взгляд. Незаметно высвободиться пытается, но я не отпускаю.
— Не помешал? — невозмутимо интересуюсь, улыбаясь еще шире.
Глава 14
Полина
— Не помешал? — дружелюбно спрашивает Зимин и улыбается до неприличия обворожительно, чтоб его.
Шумно выдыхаю. Не смотреть! Что он здесь забыл вообще? Прежде никогда в кафетерии не показывался.
Изучаю содержимое своего подноса — суп с фрикадельками, травяной чай и румяная булочка... А аппетита — как не бывало.
— Кажется, вы о чем-то говорили? — Зимин продолжает нагло втискиваться в круг моего общения.
Поднимаю глаза на друзей. Восторженное выражение лица Дианки свидетельствует о том, что подруга совсем не против обзавестись подобным полезным знакомством. Семен же, в отличие от нее, от непрошеного гостя явно не в восторге. Недовольно хмурится, а Зимин прожигает в нем дыру чересчур пристальным взглядом.
— Сема рассказывал о выставке живописи, которую он посетил на выходных, — заполняю затянувшуюся паузу, посылаю Семену улыбку.
— Да, очень рекомендую, тебе там понравится, Поль, — заверяет парень в ответ.
Он возобновляет свой рассказ, но я только делаю вид, что слушаю. Сконцентрироваться на его негромкой речи не представляется возможным, ведь Зимин по-прежнему держит меня за руку, пальцы провокационно поглаживает. И смотрит. Многозначительно так, чарующе. К еде я не притрагиваюсь конечно, так и подавиться можно. Только чай потихоньку попиваю.
— Очень познавательно, Семен, — подытоживает Диана, когда его рассказ подходит к завершению.
Я согласно киваю, изображая вовлеченность.
Ребята затихают. Резво расправляются со своими порциями, пока Зимин строит из себя влюбленного по уши парня, расспрашивая меня о том, как проходит мой рабочий день. Отвечаю скомкано, неохотно. Случайно ловлю взгляд Дианы. Подруга пытается глазами подать мне какой-то немой сигнал, но разобрать ее посыл не удается, и я лишь едва заметно веду плечом.